Список форумов НОВИК НОВИК
Нижегородское Объединение Военно-Исторических Клубов
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

Сражение у города Гумбиннен 6/19 и 7/20 августа.

 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов НОВИК -> Сражения первой мировой войны
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Андре
Администрация

   

Зарегистрирован: 06.09.2011
Сообщения: 9286
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Вт Июн 17, 2014 21:44     Заголовок сообщения: Сражение у города Гумбиннен 6/19 и 7/20 августа. Ответить с цитатой

Часть I.
Обзор Гумбиненской операции.

II. Общий очерк сражения при Гумбинене 6/19 и 7/20 августа.

4/17 августа немцы, убедившись в значительном превосходстве русских и обходе обоих своих флангов, с наступлением темноты отошли в район Гумбинена.
Отход их был обнаружен лишь на другой день, по причине чего, а также вследствие необходимости привести в
[21]
порядок некоторые части, русские войска двинулись вперед только в 2 часа дня 5/18 августа и достигли в этот день беспрепятственно линии Мальвишкен—Мингштимен—Сталюпенен—Пилюпенен—Раковкен—Сеескен (схема № 7).
Только конный корпус ген. Хана Нахичеванского встретил некоторое сопротивление на фронте Витгирен—Мальвишкен, откуда ему пришлось выбить части спешенной конницы и самокатчиков 44 и 45 пех. полков.
Бригада ген. Орановского, до которой не дошли распоряжения армии, осталась на дневке в окрестностях д. Шиленен.
Общее распоряжение командарма на 6/19 августа дошло до комкоров в виде отрывочных телеграфных приказаний, притом прибывших в некоторые штабы с значительным запозданием. Исходило оно из предположения о продолжающемся отходе неприятеля на запад.
Командарм на 6/19 августа ставил войскам задачу занять фронт Ушбален — Кармонен — Пусперн—Соденен—Гольдап, а на 7/20 августа назначил дневку.
Однако уже 6/19 августа правофланговые дивизии армии: 28 и 29, а также конница ген. Хана Нахичеванского ввязались в бой с немцами, и 7/20 августа вместо дневки и отдыха разыгралось при г. Гумбинене первое крупное сражение минувшей войны, имевшее значение на судьбу дальнейших действий не только на русском фронте, но отчасти и французском.
Бой при Гумбинене, являющийся интересным примером встречного столкновения, разыгрался вследствие решения командующего 8-й германской армией ген. Притвица, стянув все имеющиеся в его распоряжении силы, перейти в наступление против ген. Ренненкампфа с целью разбить его.
Для этого он: 1) собрал свой I корпус с дивизией конницы в районе к северу от Гумбинена, 2) XVII корпус приказал перевозить частью из района Млавы, частью из мест, где они кончили мобилизацию, в район Даркемен (36. дивизию) и южней Гумбинена (35 дивизию), 3) около трех ландверных дивизий (2,9 и с невыясненным номером) из района Тильзита и Кенигсберга приказал перевозить в район Шилен— Краупишкен, 4) части I резервного корпуса из района Ангербурга и Даркемена двинул на Гольдап, б) притянул в район Гумбинена некоторые части XX корпуса{1} (схема № 7).
[22]

Положение сторон в ночь с 6/19 авг. на 7/20 авг.


[23]
Соотношение сил в сражении при Гумбинене и организация одного русского и одного германского корпусов приведены в приложении № 6—8.
6/19 августа утрой XX и III русские корпуса двинулись вперед, чтобы занять указанный им фронт Ушбален—Пусперн—Соденен.
Конный корпус ген. Хана Нахичеванского, получив сведение о том, что на ст. Шилен высаживается германская пехота, следующая затем на Краупишкен, и желая обеспечить правый фланг, двинулся на Краупишкен.
В районе Каушена он наткнулся на части 2 ландверной бригады и атаковал их.
2 ландверная бригада была отброшена с чувствительными потерями за р. Инстер, при чем русская конница захватила 2 орудия, 4 зарядных ящика и пленных.
С наступлением темноты ген. Хан Нахичеванский прекратил бой и отвел свой корпус в район д. Линденталь, оставив пути в обход правого фланга 1 рус. армии открытыми.
1 отд. к. бригада ген. Орановского, связь которой со штабом армии и с соседний с ней штабом все время была неудовлетворительна, пришла к ночи 6/19 августа из д. Шиленене в район д. Спулен и здесь должна была выполнять поставленную ей задачу—охранять правый фланг 1 армий.
28 дивизия с утра наткнулась на части I германского корпуса, занимавшие укрепленную позицию по линии Покальнишкен—Нибудшен. Начдив 28 ген. Лашкевич не организовал методического продвижения вперед и закрепления на назначенном ему фронте, почему к вечеру высунувшийся вперед и подставивший свой правый фланг 109 п. Волжский полк подвергся отдельному поражению; остатки его отошли к д. Мингштимен.
Прочие части дивизии удерживались на линии Ушбален— Бракупенен.
Под впечатлением отхода немцев после боя 4/17 августа комкор XX ген. Смирнов не придавал вначале серьезного значения событиям в 28 дивизии.
Около 1 час. дня он телеграфирует командарму: «Не думаю, чтобы против Лашкевича двигались большие силы. Почти уверен, что противник из района Гумбинена высылает северо-восточней боковой заслон, чтобы парализовать наш глубокий обход. Решил ударить противника в его правый фланг, отбра-сывая к северу на лес и нашу армейскую конницу; для этого Розеншильд продолжает наступление на линию Корелен—Пусперн, являясь заслоном против группы у Гумбинена, но содействует артиллерией и частью пехоты Лашкевичу. Лашкевич действует своим левым флангом. Подходящий к Тутшену 3 полк
[24]
направляется между обоими генералами, примерно, на Кармонен и атакует правый фланг противника».
Ген. Смирнов создал себе неверную картину, потому что не основал свои соображения на реальных данных разведки. Центр I германского корпуса, стоявшего на укрепленной позиции, он почему-то считал за «правый фланг» какого-то заслона. Во всяком случае совершенно не понятно, почему при существовании изложенного плана действий ген. Лашкевич выдвигает вперед свой правый фланг, рискуя 109 полком. Ответ на это дает отчасти телеграмма от 2 час. 40 мин. дня штаба XX корпуса в штарм, основанная на донесении ген. Лашкевича: «на Лашкевича наступала, видимо, лишь спешенная кавалерия с конной артиллерией; продолжаем прежнее движение на фронт Ушбален — Бракупенен — Пусперн».
Несомненно, и здесь играл роль гипноз, что немцы отходят, прикрываясь только конницей.
Командарм в ответ на план действий ген. Смирнова ответил ему: «соображения ваши движения 6/19 августа одобряю... завтра 7/20 августа армия остается на занятых местах 395».
29 дивизия XX корпуса продвигалась на назначенный ей рубеж Кармонен—Пусперн методически: в середине шли главные силы, имея впереди авангард, а по сторонам сильные боковые отряды из пехоты, конницы и артиллерии. На высоте д. Шоршинелен около 3 час. 30 мин. дня немцы встретили авангард 29 дивизии артиллерийским огнем.
Дивизия развернулась и с боем, методически продвинулась на линию: шоссе зап. д. Балинен—д. Ворупенен. Здесь она стала закрепляться.
Дивизии III арм.. корпуса 25 и 27 первоначально получили приказ ген. Епанчина дойти 6/19 августа до р. Роминте, но уже на походе переход для главных сил был сокращен до линии ст. Тракенен—Енцунен, мотивируя это необходимостью дать XX корпусу выдвинуться уступом вперед.
Дивизии III корпуса без особых препятствий заняли назначенные им места, выдвинув авангарды на линию Содинелен— Варшлеген, а охранение к р. Роминте, 40 дивизия IV корпуса, временно подчиненная комкору III, тоже беспрепятственно заняла район Согинтен—Кубилен— Балупенен.
Части левого фланга 1 армии продвинулись: 160 полк—в д. Роминтен, 30 дивизия—в окрестности г. Гольдапа, 5 стр. бригада—в район Иоганисберг—Гр. Вронкен, 1 кав. дивизия оставалась на месте, разведывая в полосе Пжеросль—Даркемен—Арис—Лык—Августов.
Положение частей 1 армии к 10 час. вечера 6/19 августа показано на схеме № 7
[25]
Ночь на 7/20 августа прошла спокойно, кроме правого фланга 28 дивизии, где перестрелка все время продолжалась.
Командующий 8-й герм, армией отдал приказ собранным у Гумбинена силам атаковать русских на рассвете 7/20 августа.
На левом фланге I герм, корпуса с этой целью был образован кулак из частей этого корпуса, ландверных дивизий (в районе Спулен) и всей конницы, который был предназначен охватить правый фланг XX рус. корпуса и ударить в его тыл.
Дивизии XVII герм, корпуса только вечером 6/19 августа высаживались после перевозки с железной дороги и всю ночь совершали форсированное передвижение к полю сражения.
36 дивизия высадилась в окрестностях Даркемена и многим ее частям пришлось сделать более 20 километров ночного марша.
35 дивизия высаживалась севернее 36 дивизии с разных станций. Были полки, которым по показаниям пленных пришлось сделать походом до 90 километров в два дня 5/18 и 6/19 августа.
Части I рез. корпуса выдвинуты тоже ночью из района Даркемен—Ангербург на Роминтен и Гольдап.
Для охранение правого фланга армии к Бенкгейму был выдвинут 2 рез. полк.
В связи с невозможностью очистить фронт до подхода частей XVII и I рез. корпусов, в их районах, очевидно, были оставлены небольшие части I корпуса.
Они не успели своевременно присоединиться к своим дивизиям и 7/20 августа перепутались с частями XVII и I рез. корпусов, что создавало впечатление движения XVII корпуса по интервалам I корпуса.
Такое впечатление создавали пленные 44 полка (2 дивизия), взятые в районе Гольдапа, 33 и 45 полков (тоже 2 дивизии), взятые в районе Вальтеркемена, 4 и 43 (1 и 2 дивизии), взятые в районе Аугступенена.
Между тем, внимательное изучение записанных показаний более 400 пленных{2} дает возможность заключить, что границей районов наступления I и XVII герм, корпусов было шоссе Гумбинен—Сталупенен, при чем шocce входило в район I корпуса, так как здесь работали эрзацбатальоны 176, 45 и 44, приданные 2 дивизии; поздней их поддерживали рота 33 фузилер, п. и 37 арт. полк, тоже 2 дивизии,
[26]
Границей 35 и 36 дивизий, надо думать, была линия Бальшкемен—Перкален—Матишкемен.
Южная граница района наступления XVII корпуса и северной части I рез. корпуса шла приблизительно от Даркемена на Тольмингкемен.
Таким образом XVII корпус развернулся на линии р. Роминте и наносил удары с юго-запада на северо-восток. Атаки его в течение всего боя шли именно в таком направлении, при чем некоторые части двигались облически к фронту 27 дивизии и тем позволяли фланкировать себя русским батареям и пулеметам. Пленные показывали, что солдатам было об'явлено, будто бы русские 6/19 авг. были уже разбиты и их надо добить, ударив в их левый фланг и отбрасывая на север.
Несколько частей XX герм, корпуса, протянутые к Гумбинену, фактически участия в бою не приняли.
Наступление немцев на всем фронте началось с рассветом.
На русском правом фланге конный корпус ген. Хана Нахичеванского отдыхал у Линденталя и участия в бою не принял.
Охранявшая правый фланг армии конная бригада ген. Орановского, обнаружив обход значительных немецких сил, тоже ушла из боя на прежнюю свою стоянку в д. Шиленен, сделав более 30 верст и потеряв на несколько дней связь с соседями и штабом армии.
28 дивизия, расстроенная уже отчасти неудачей 109 полка, не выдержала натиска и стала отходить, а после атак германской конницы в тыл подверглась панике и пришла в расстройство.
Она потеряла 104 офицера, 6945 солдат, 23 пулемета, 8 орудий и 163 арт. лошади.
Небольшие ее части заняли к вечеру линию Колбасен — Тутшен.
Части I герм, корпуса остановились, пройдя версты на две шоссе Кусен—Гумбинен, ландверные бригады в районе Спулен, а 1-я кав. дивизия распространилась на восток до Пилькалена и на юг до деревень Виткампен, Грибен и Швиргален, производя панику в тылах XX русского корпуса.
29 русская дивизия стойко отбила все атаки частей I гep. корпуса на фронте Балинен—Ворупенен, но чтобы исправить положение своего правого фланга, ставшего угрожающим вследствие отхода 28 дивизии, осадила к вечеру на линию Кумельн—Шоршинелен.
25 русская дивизия вначале проявила неустойчивость; ее авангард (100 полк) подвергся неожиданному нажиму пре-
[27]
восходных сил 35 герм. дивизии и, не выдержав, стал отходить от д. Содинелен, чем поставил в трудное положение и другие части 25 дивизии и правый фланг 27 дивизии.

Положение сторон к 3 час. дня 7/20 авг.



Германские части к 2—3 часам дня здесь доходили: 141 полк почти до д. Сциргупенен, а 176 — до дороги из Сциргупенена в Иоанасталь,
[28]

Положение сторон к ночи с 7/20 на 8/21 авг.



Однако, благодаря стойкости 97 п. полка, прекрасных действий 25 арт. бригады и 3 морт. арт. дивизиона, а также вследствие стойкости и помощи 27 дивизии, 25 дивизия не только удержала напор немцев, но к вечеру восстановила свое положение, овладев полем боя и захватив много пленных и оружия.
[29]
27 русская дивизия явилась в сражении 7/20 августа тем камнем преткновения, о который разбились главные усилия немцев.
Она не отошла ни одного шага, несмотря на временный отход обоих соседей (100 полк—25 дивизии и 159 полк—40 дивизии) и отбила все удары немцев, расстреляв немецкие полки 128, 5 гренадерский совершенно, и отчасти полки 61, 21 и 129, в конце боя она перешла в общее наступление.
Немецкий писатель Ниман сообщает: «наиболее горячий и кровопролитный бой был вост. Гумбинена и у Грюнвейчена», т.-е. именно против левого боевого участка 27 дивизии,
В четвертом часу дня немцы, разбившись, стали отступать, местами в большом беспорядке, и 27 дивизия, овладела к вечеру полем боя, захватив 12 орудий, 24 зарядных ящика, более 1000 пленных, много оружия и другого воен-ного имущества.
160 полк и 30 дивизия, которая утром 7/20 августа была двинута комкором IV в направлении на Даркемен, столкнулись с частями I резервного корпуса: 160 полк в районе Кяутен, а 30 дивизия на фронте Курненен—Вилькатшен.
Они удержались на указанных линиях до вечера, когда немцы отошли.
5 стр. бригада, подчинявшаяся комкору IV ген. Алиеву, передвигалась им по частям, под влиянием распоряжений из армии и хода боя в 30 дивизии, и фактического участия в бою не приняла.
Тоже и I кав. дивизия, остававшаяся на своем прежнем месте и продолжавшая разведку на левом фланге I армии.
С наступлением темноты ген. Притвиц приказал своей армии начать отход, предполагая отвести ее за р. Вислу.
Разбившись в бою 7/20 августа, ген. Притвиц отчаялся остановить наступление русских и хотел спасти живую силу, пожертвовав всей Восточной и частью Зап. Пруссией.
Чтобы можно было сделать выводы из опыта Гумбиненского сражения, перейдем к более детальному рассмотрению боевых действий по дивизиям.
[30]

_________________
Нас и так слишком мало,чтоб между собой ругаться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Андре
Администрация

   

Зарегистрирован: 06.09.2011
Сообщения: 9286
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Вт Июн 17, 2014 21:45     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Часть I.
Обзор Гумбиненской операции.

III. Действия конницы ген. Хана Нахичеванского и Орановского 6/19 и 7/20 августа.

Конный корпус ген. Хана Нахичеванского согласно директивы Командующего армией от 2 августа за № 1 должен был действовать в обхват левого фланга германцев на Инстербург, обходя Гумбинен с севера (схема № 7).
За свое бездействие в бою армии 4/17 августа ген. Хан Нахичеванский получил осуждение Командующего армией и
[30]
ему было передано всевозможными способами, в том числе и через штаб XX корпуса, приказание Командующего армией содействовать всеми силами XX корпусу при выполнении последним поставленных ему боевых задач.
5/18 августа конный корпус двинулся в направлении на Цулькинерский лес{1}. Движение происходило медленно, потому что из всех населенных пунктов стреляли отходящие ландштурмисты и жители.

Бой у Краупишкен 6/19 авг. 1914 г.

К вечеру авангарды колонн дивизий сбили спешенные части немецкой конницы и команды самокатчиков 44 и 45 пех. полков, пытавшиеся удержаться на фронте Витгирен— Мальвишкен, и конный корпус расположился на ночлег в районе Витгирен—Мальвишкен—Кусен.
[31]
По сведениям разведки за этот день мелкие части немцев отходили в район Инстербурга, не оказывая большого сопротивления.
К утру 6/19 августа ген. Хан Нахичеванский получил сведения о том, что из Тильзита перевозится немецкая пехота и артиллерия, которая высаживается на станции Шилен и следует походным порядком на Краупишкен. Совершенно правильно считая, что это угрожает флангу армии, он решил двинуться в направлении Краупишкена с целью произвести разведку и отбросить немцев за р. Инстер, если они ее перешли (схема № 10).
В 9 час. утра 6/19 августа конный корпус двинулся тремя колоннами: а) правая—сводная кавалерийская дивизия—на Мешкен, б) средняя — 1 гвардейская кав. дивизия — на Гиренен и в) левая — 2 гвардейская кав. дивизия — на Краупишкен.
Задачей дивизиям было поставлено: захват переправ через р. Инстер.
Около 11,5 час. утра головные части конного корпуса подошли к линии Гирелишкен — Опелишкен, где в районе последнего наткнулись на сторожевые части немцев, с которыми и завязался бой.
Главная тяжесть этого боя выпала на 2 гв. кавалерийскую дивизию, шедшую по шоссе Гумбинен—Краупишкен, о работе которой сохранились наиболее полные данные.
2 гвар. кав. дивизия двигалась, имея в авангарде Л. Гв. Уланский полк со взводом конной артиллерии и 2 пулеметами.
Авангард прикрывался головным отрядом из двух эскадронов, впереди которых шла полуэскадронная лава.
Для охраны открытого левого фланга был назначен боковой отряд в составе двух эскадронов Л. Гв. Конно-Гренадерского полка, двигавшийся на высоте головы колонны главных сил в 2—3 верстах южнее ее.
При подходе лавы к д. Опелишкен, она около 11 3/4 час. утра была обстрелена ружейным огнем пехотной цепи силой около роты из фольварка, расположенного между д.д. Опелишкен и Каушен.
Головной отряд спешился и занял северный берег оврага, что южней шоссе (1 эск.), сад и фольварк северней шоссе (полуэскадрон 2 эск.) и фольварк впереди оврага южней шоссе.
Завязалась огневая перестрелка.
В это время стал подходить авангард. Начальник авангарда полк. Княжевич, спешивши его, выдвинул: а) 5 эскадрон улан и взвод пулеметов на левый фланг головного отряда, южней шоссе, б) 6 эскадрон к фольварку против д. Тутельн, откуда
[32]
можно было несколько фланкировать противника, в) взвод конной артиллерии—северней шоссе у д. Опелишкен.
Два эскадрона бокового отряда, пройдя на высоту спешенного боевого порядка, приняли на себя охрану фланга.
Все вошедшие в боевой порядок части открыли огонь.
Едва конно-артиллерийский взвод выпустил первую очередь, как на него в 12 час. 45 мин. дня обрушился взвод немецкой артиллерии со стороны мельницы у д. Каушена; притом с такой точностью и силой, что заставил гвардейских артиллеристов временно замолчать.
В то же время немецкая пехота развивала сильный огонь из района Тутельна и Каушена, а в районе Пилькалена обнаружилось усиление цепи и видимое стремление охватить левый фланг русских.
Кроме взвода артиллерии от Каушена, открыли огонь батареи из районов Тутельна и Краупишкена.
В это время подошла к полю боя голова колонны главных сил. Начальник дивизии усилил ведущий бой авангард всеми частями 1 бригады и частью эскадронов 2 бригады.
Конные батареи (10 орудий) стали в районе д. Шупинен и в начале третьего часа дня открыли деятельный огонь по батареям немцев, вскоре заставив замолчать батареи у Каушена и Тутельн.
Боевой порядок 2 гв. кав. дивизии стал наступать.
После 3 час дня правей 2 кав. дивизии появилась 1 кав. дивизия, которая, спешившись, частью влилась в боевой порядок 2 дивизии, частью удлинила фронт вправо{2}.
Наступление продолжалось, при чем 3 эскадрон Л. Гв. Конного полка под начальством ротмистра барона Врангеля повел в конном строю атаку против двух германских орудий у Каушена.
Атака эта была встречена одним орудийным выстрелом артиллерийского взвода и сильным огнем пехотного прикрытия. Вся пешая цепь бросилась в атаку за эскадроном и прошла линию германских орудий.
Немцы стали подаваться назад, но от д. Пилькален продолжали сильно поражать наступавших во фланг.
Около 6 час. вечера неприятель стал отходить по всем линиям и к 8 час. вечера очистил левый берег р. Инстер.
Командир конного корпуса ген. Хан Нахичеванский отдал приказ прекратить бой, так как, согласно его донесения № 115, «наступившая темнота, р. Инстер, обстреливание с правого берега некоторыми неприятельскими частями и из-
[33]
«расходование боевых припасов лишали возможности преследовать».
Затем он отвел конный корпус на ночлег в район д. Линденталь, оставив открытыми пути к флангу и в тыл XX корпуса и не ориентировав достаточно начальника 28 дивизии (схема № 7).
Трофеями боя 6/19 августа явились 20 пленных, 2 орудия, 4 зарядных ящика; на поле сражения осталось несколько сот трупов германцев. Конный корпус потерял убитыми и ранеными 46 офицеров, 329 солдат и 369 лошадей; сильно пострадал 3 эск. Л. Гв. Конного полка.
Противник ввел в бой около 6 батальонов 4, 33 и 41 ландверн. полков с 2 батареями, развернувшимися первоначально на фронте Спиргинен—Тутельн —Пилькален.
Бой 6/19 августа представляет интересный и редкий в истории последней войны пример атаки конницей пехоты, готовой к обороне. Бой этот был выигран, главным образом, благодаря искусству русской гвардейской конной артиллерии и исключительной доблести и боевому порыву, проявленному офицерами и солдатами конного корпуса.
Он доказывает, что хорошая конница может решать всякие боевые задачи и в современном бою, как и раньше.
В тактическом отношении вызывает упрек недостаточная гибкость маневрирования на поле сражения, которая должна была бы явиться счастливым преимуществом конницы. Не видно, зачем было направлять для фронтального наступления все конные дивизии, когда, казалось бы, следовало, образовав заслоны с фронта, главную часть сил (2—3 дивизии) направить в обход Краупишкен и разрушить поглубже линии железных дорог, идущих от Тильзита на Инстербург и Сталупенен.
Это действие в тыл лучше всего оттянуло бы неприятеля от фланга армии. Во всяком случае следовало бы, отбросив неприятеля на правый берег Инстера, удерживать в своих руках пути к флангу армии. На самом деле бой 6/19 августа был стратегически бесполезен и даже вреден, так как послужил косвенной причиной отвода всего конного корпуса от прикрываемого им фланга армии и к полному бездействию его в важный день Гумбиненского сражения.
В этот день командующим армией была отправлена ген. Хану Нахичеванскому телеграмма, еще раз подчеркнувшая его неправильность действий 4/17 августа и указывающая задачи корпусу на 6 и 7 августа: «Деятельность вашего конного отряда в бою 4 августа крайне неудовлетворительна; пехота вела тяжелый, упорный бой; конница обязана была помочь появлением не только на фланге, но и в тылу неприятеля, не считаясь с числом верст... Будущем приказы-
[34]
ваю быть более энергичным, подвижным, помнить, что у вас 48 орудий, которые направлением в тыл неприятелю нанесут громадное поражение. Сегодня вечером армии указано занять фронт Ушбален—Кармонен—Пусперн—Соденен—Гольдап... Завтра 7 августа армия остается тех же местах. Приказываю 7 вечеру выяснить разведкой фронты Инстербург—Гумбинен, заняты ли они, есть ли укрепления, какие силы между p.p. Инстером и Роминте, обороняются ли они, занят ли лес Цулькинер. Главными силами 7 займите Пеленинкен на р. Инстере. Железную дорогу Тильзит—Инстербург основа-тельно разрушьте 393».
Задач, указанных в этом приказании, ген. Хан Нахи-чеванский не выполнил, так как в течение всего 7/20 августа, когда 28 дивизия, охваченная с правого фланга, таяла в неравном бою, он оставался в полном бездействии и делал «дневку», как поздней мотивировал, «для пополнения своих огнестрельных припасов, которые еще не прибыли». При этом он не поддерживал связи с начальником 28 дивизии, который не знал, где конный корпус и что делает.
Оценка деятельности конного корпуса ген. Хана Нахичеванского 6/19 августа нашла выражение в следующей записке ген. Ренненкампфа:
«Полковник Чеснаков подробно рассказал мне ход Вашего дела 7 августа.
Как и прежде, остаюсь при полном убеждении, что действия крайне неудачны.
Средняя колонна (1 гв. кав. див.), наткнувшись с фронта на противника, совершенно правильно развернулась. Фланговым дивизиям Бельгарда и Рауха следовало направиться в обход флангов противника в полном составе. Относительно ген. Рауха я знаю, что он направил часть дивизии с артил-лерией—ген. же Бельгард меня буквально возмущает. Неужели генерал, дошедший до должности начальника дивизии, не знает, что для действительности обхода ему надо было взять свои три батареи. Противник, взятый с обоих флангов под анфиладный артил. огонь, был бы уничтожен. Все его 12 орудий попали бы легко в Ваши руки, а так Вы взяли только 2 с тяжелыми потерями. Все эти потери ложатся тяжелой ответственностью на Ваших начальников дивизий.
Теперь получаете новую задачу, поэтому еще раз напоминаю, что для успеха Вам надо действовать артиллерийским огнем во фланг и тыл.
Относительно генерала Бельгарда Вы мне докладывали наедине 25 июля в вагоне. Если начальствующие лица не отвечают своему назначению, Вы обязаны быть безжалостны, иначе вся ответственность ложатся исключительно на Вас.
[35]
Полковнику Чеснакову я наговорил много неприятного по поводу Ваших совершенно недостаточных донесений. Ничего, т.-е. слишком мало знаю о Ваших действиях, о потерях же почти ничего».
1 отдельная кавалерийская бригада ген. Орановского имела задачей охранение правого фланга армии и разведку на фронте Тильзит—Краупишкен.
6/19 августа вечером она пришла в район д. Спулен, где предполагала расположиться на ночлег. Узнав, однако, о бое конного корпуса, ген. Орановский двинулся ему на помощь; по дороге он получил известие об окончании боя и об отходе конного корпуса; вернулся обратно и к 1 часу ночи 7/20 августа расположился на отдых в районе Спулен—Кегстен.
Здесь им была организована разведка на Цулькинерский лес, которая в 5 час. утра обнаружила движение двух колонн неприятеля на правый фланг 28 дивизии.
После этого ген. Орановский отвел свою бригаду на восток более чем на 30 верст и расположился на отдых в районе д. Шиленен.
По этому поводу он донес в 8 час. вечера из Шиленена начальнику штаба армии за № 261: «Противодействовать охвату противником фланга 28 дивизии был не в силах. Прождав до 5 час. дня обещанной мне батареи и эскадронов и не дождавшись их, не имея связи ни с 28 дивизией, ни с ген. Ханом Нахичеванским, отошел на ночлег на Шиленен, куда должен был подойти 216 полк, которого здесь не оказалось. Конский состав сильно истомлен, боевые силы эскадронов—70—80 коней. Прошу ориентировки».
О действиях конницы, охраняющей фланг, которая в день боя отходит, не давая никакого отпора обходящему противнику и не ориентировав даже брошенного ею соседа, военному критику собственно говорить нечего.
В конечном результате, в то время, когда истекавшая кровью 28 дивизия и весь XX корпус 6/19 и 7/20 августа верили, что рядом с ними работают почти что 41/2 кавалерийских дивизии с сильной конной артиллерией, эта конная масса бездействовала и небольшие группы немецких кавалеристов работали в тылу XX корпуса, как хотели, заняв даже Пилькален.
Вся армейская конница на несколько дней вышла совсем из поля зрения и штаба армии и соседних штабов 28 дивизии и XX корпуса.
Генерал-квартирмейстер 1 армии 8/21 августа за № 434 телеграфирует начальнику штаба XX корпуса: «Сообщите, где Хан и бригады Орановского». На что только 9/22 августа в 10 час. 40 мин. вечера мог быть дан следующий ответ:
[36]
«Хан районе Кусен—Кегстен.—Орановском сведений никаких нет».
В виду такой неудачной деятельности армейской конницы правого фланга в боях 6/19 и 7/20 августа под Гумбиненом, ее вожди по справедливости должны быть признаны главными виновниками поражения правого фланга 1 русс. армии в этом сражении.
[37]
_________________
Нас и так слишком мало,чтоб между собой ругаться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Андре
Администрация

   

Зарегистрирован: 06.09.2011
Сообщения: 9286
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Вт Июн 17, 2014 21:48     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Обзор Гумбиненской операции.

IV. Действия 28 дивизии 6/19 августа.

К вечеру 5/18 августа 28 дивизия заняла главными силами район Кусен—Зеекампен—Тутшен, а авангардом (110 полка с 8 орудиями и 1/2 эскадр.) д. Мингштимен (схема № 11). Части прибыли на место назначения поздно; авангард стал в Мингштимен только в 10 час. вечера; охранение по линии Мальвишкен — Бракупенен расставлялось в течение всей ночи и закончилось к 6 час. 20 мин. утра 6/19 августа, на что указывают донесения: 1) командира 6 роты 110 Камского полка из д. Мальвишкен от 4 час. утра: «Занял д. Мальвишкен, где оказался 4 эскадрон л. - гв. конного полка, который, вероятно, сегодня уйдет. Кавалерия передает, что 1,5 версты западней Мальвишкена велосипедисты неприятеля» и 2) командира 2 роты из Иодшена от 6 час. 20 мин. утра: «2 рота прибыла в Иодшен и расставила заставы. В Иодшене л.-гв. драгунский полк... По сведениям кавалергардского раз'езда на нас наступает полк пехоты с артиллерией... По сведениям раз'езда неприятельская пехота дви-гается с юга на север».
Охранение 110 полка расставлялось без системы и, как показывает схема № 11, роты этого полка оказались перемешанными и разбросанными на фронте в 8 верст. Только третий и четвертый батальоны, ставшие в резерве у Минг-штимена, сохранились целыми в руках своих батальонных командиров.
Благодаря этому к утру 6/19 августа 110 Камский полк находился в неблагоприятных условиях управления и был утомлен. 6/18 августа, несмотря на высланную начальником 28 дивизии разведку от дивизионной конницы за линию Мальвишкен—Шпринген, никаких сведений о группировке неприятеля перед дивизией не получилось. Не сообщил таких сведений ген. Лашкевичу и находящийся рядом конный корпус Хана Нахичеванского.
Ночь с 5/18 на 6/19 августа прошла спокойно.
Около 7 час. утра перед левым флангом охранения дивизии в направлении Бракупенена обнаружилось наступление спешенного эскадрона немцев, усиленного полуротою пехоты.
[37]
Это были разведчики, которые после перестрелки{1} отошли на д. Нибудшен. Около этого времени появилась команда германских разведчиков-велосипедистов также западней д. Ушбален.
В 9 час. 50 мин. утра из района Нибудшен немецкая батарея открыла обстрел, главным образом, по району Бракупенена.
К этому же времени разведчики камцев выяснили, что д. Нибудшен не только прочно занята неприятелем, но и укреплена. Все это побудило командира 110 полка усилить свой левый фланг, для чего он отправил к Бракупенену 10 и 11 роту. 10 рота удлинила левый фланг 3 роты, а 11 влилась правей третьей.
Этим еще увеличилась путаница рот и батальонов 110 полка.
В общем к 12 час. дня, когда начальник дивизии генерал Лашкевич подписывал свой приказ № 7 для исполнения дивизией задачи на 6/19 августа, имелись сведения: 1) о прочном занятии немцами района Нибудшен пехотой и артиллерией, 2) о появлении группы его разведчиков из спешенной конницы, пехоты и велосипедистов перед д.д. Бракупенен, Ушбален и Мальвишкен и 3) о движении пехоты с артиллерией с юга на север в районе сев.-западнее Маль-вишкен—Иодшен.
Первые два сведения ген. Лашкевичу должны были быть известны; третье же, которое должна была ему сообщить конница ген. Хана Нахичеванского или которое он мог получить от командира 110 полка, быть-может, к этому времени не дошло до него. Во всяком случае имелись указания на несомненное присутствие в районе боевой задачи дивизии активно действующего неприятеля из всех родов войск, и, казалось бы, требовали от начальника 28 дивизии распоряжений, вполне учитывающих возможность воздействия со стороны неприятеля. Однако ген. Лашкевич, по непонятным причинам, не придал значения всем вышеприведенным данным.
Получив задачу на 6/19 августа: «28 дивизии занять главными силами линию Ушбален — Бракупенен», он отдал в 12 час. 20 мин. дня приказ № 7, поставив задачи своим частям такие: «1) авангарду (110 полк, 8 орудий) перейти в Покальнишкен и к 5 час. дня выставить охранение, 2) 109 полку и 24 оруд. перейти в Ушбален, 3) 112 полку и 16 оруд. перейти в Бракупенен, 4) 111 полку—в Тутшен в распоряжение командира корпуса». К этому приказу имеется
[38]

Положение 28 русской дивизии к 7 часам утра 6/19 авг.

[39]
приписка начальника штаба командиру 110 полка: «Начальник дивизии приказал вам приступить к исполнению приказа по прибытии 109 полка в Радшен». (Приложение №9.)
В приказе этом не имеется ни боевых задач полкам дивизии, ни районов их действий, ни согласования их работы (не указано даже, когда выступать). В нем не учтено, что 110 полк, разбросанный в охранении на 8 верст и ведущий некоторыми своими частями бой, не имел возможности наступать сколько-нибудь методически на Покальнишкен, для чего он должен был бы сначала собрать свои разбросанные и перепутанные роты.
Поэтому приказ ген. Лашкевича № 7 явился первопричиной событий, постигших 28 дивизию 6/19 августа.
Дивизия приступила к исполнению приказа № 7, и в 12 час. 46 мин. дня колонна Волжского полка в составе 13/4 батальона, 4 пулемета и 24 орудия подошла к д. Радшену, о чем за № 21 было сообщено в Камский полк.
Командир 110 полка приказал своему полку продвигаться вперед. Наступление было им организовано в двух группах: а) левой—в составе 3,5,10 и 11 рот и б) правой—в составе 4, 7, 8 и 15 рот; к последней группе должны были присоединиться также 2 и 6 роты.
Целью действий правой группы, видимо, было поставлено овладение д. Покальнишкен, а левой—содействие этому.
Как только камцы обнаружили движение, немцы открыли интенсивный артиллерийский огонь не менее как тремя батареями из района Нибудшен. Единственная батарея русских не могла с ними успешно бороться, почему наступление камцев вскоре замерло. Командир батальона 110 полка п. Рябенко в 2 час. 20 мин. доносит: «У противника сравнительно небольшие силы, но наша артиллерия молчит».
В 1 час. 25 мин. дня командиру 112 Уральского полка было отдано приказание из штаба дивизии (№ 151): «Немедленно занять вновь указанное месторасположение (по приказу № 7)». В силу этого 112 полк с 16 орудиями двинулся на Бракупенен и около 4 час. дня подошел в район этой деревни.
Батареи, к которым присоединилась и бывшая с 110 полком, заняли позицию в районе д. Ванагупхен восточней шоссе Бракупенен — Радшен и открыли огонь по району Нибудшен — Варкален (схема № 12). 112 полк, вследствие обстрела района Бракупенен и также, вероятно, вследствие того, что не имел определенно поставленной боевой задачи, расположился первоначально восточнее Бракупенена.
В составе полка имелось налицо только 7 рот; прочие остались в тылу и были назначены для разных «прикрытий»,
[40]
в том числе к артиллерии (две роты), штабу дивизии (1 рота), обозам и т. д.
Командир полка назначил в боевую линию бывший цельным первый батальон, а в резерв—три роты (5, 9 и 13 роты), при чем из них один взвод был еще выделен в прикрытие к «знамени». I батальону приказано было занять Бракупенен.
Обстрел затруднял исполнение. Командир 1 батальона в 4 часа 42 мин. вечера доносит командиру полка за № 14: «110 полк занимает южную опушку Бракупенена, линия, в которой находятся 2 и 3 роты, сильно обстреливается. Над нами рвутся снаряды. Жду затишья. Сейчас продвинусь вперёд».
Между тем роты резерва, расположение коих тоже обстреливалось, стали продвигаться вперед и вскоре оказались впереди боевой части. Старший штаб-офицер полка сообщает: «Во время перерыва неприятельского огня я подошел к боевой части (1 батальон), чтобы узнать, почему приостановилось наступление, увидел, что 5 рота (капитана Лельман) очутилась впереди 1 батальона; ротный командир мне заявил, что он с разрешения командира батальона выдвинулся вперед, так как роты первого батальона медлили с наступлением. Начальник резерва подполк. Савин просил разрешения выслать вперед и остальные роты резерва; таким образом в боевой части оказался сводный батальон (5, 9 и 13 роты), а в резерве 1 батальон»{2}.
Явление это указывает на отсутствие с самого начала боя должного управления и должной постановки боевых задач. Документы полковых дел подтверждают, что в этот день полки 28 дивизии не только не знали своих боевых задач и районов действий, но не знали, кому, собственно, они в бою подчинены и где другие полки дивизии.
В 7 час. 50 мин. вечера начдив ген. Лашкевич пишет (записка № 13) командиру 110 полка: «Правей 109 полк с дивизионом артиллерии подошел к Покальнишкену, левей 112 и 111 полки и части 29 дивизии. Фронты действий полков 1 бригады Нибудшен — Покальнишкен, держа связь влево со 2 бригадой, командование над которой принял ген. Российский. Задача 28 дивизии содействовать 29 дивизии, направленной на правый фланг противника; в наступление перейти одновременно с частями 29 дивизии. 1 бри-гадой командует полковник Гранников»{3}.
[41]
Между тем в реляции 28 дивизии, подписанной тем же ген. Лашкевичем, читаем: «Для об'единения полков 1 бригады около 4 час. дня мною был назначен ген-майор Российский, который приказал полкам энергично продолжать наступление в прежнем направлении».
Видимо и сам ген. Российский считал, что он командует полками первой бригады, а не второй. Журнал военных действий 110 полка гласит: «В 6 час. вечера к полку прибыл г.-м. Российский и сообщил, что он принимает руководство боем и приказал наступать». В то же время в описании боя 112 Урал. п. читаем: «С наступлением боя командир полка полковник Ваулин получил приказание об'единить действия 110 Камского и 112 Уральского полков».
Есть записка, опять же подписанная ген. Лашкевичем, от 6 час. 30 мин. вечера 6/19 августа за № 157, адресованная полк. Ваулину: «По полученным донесениям в Бракупенен подошли два батальона 110 полка. Об'едините в своих руках командование в Бракупенене».
В деле сохранилось интересное донесение за № 55, посланное полк. Ваулиным в 6 час. вечера 6/19 августа начальнику штаба XX корпуса: «Бракупенен справа и слева прошел, но его еще не занимал, так как по нем артиллерия сильно стреляет. Уже больше 20 минут огня по деревне нет, я в связи с камцами (справа). Влево донцов (111 полк) не видно. Посылаю ординарца для отыскания донцов. Жду распоряжения, проходить ли дальше за деревню».
Донесение это указывает, что еще в 6 час. вечера командир полка и начальник боевого участка дивизии совершенно не ориентированы в обстановке и задачах других частей своей же дивизии и почему-то ждут от начальников штаба корпуса распоряжения, «проходить ли дальше за д. Бракупенен». Очевидно, что при наличии таких противоречивых и отрывчатых распоряжений правильного боевого управления быть не могло.
В то время, когда начальник дивизии приказывает в записке № 13 камцам: «В наступление перейти одновременно с частями 29 дивизии на Нибудшен—Покальнишкен», ген. Российский предписывает: «Энергично продолжать наступление в южном направлении». Узнав о медленном продвижении 112 полка, ген. Российский пишет записку командиру Уральского полка, к сожалению, без указания места отправления и без обозначения времени отправления: «Ваши батальоны находятся в затылок за левым флангом Камского полка в северо-западном направлении от Бракупенена. Выдвиньте эти батальоны на одну линию с Камским полком в тесное соприкосновение с их левым флангом и наступайте в направлении определивше-
[42]

Положение 28 русской дивизии к 8 час. вечера 6/19 авг.

гося фронта неприятельской пехоты. Держите более крепкую связь со своими батальонами первой линии и ориентируйте чаще... Поставьте свой полк в положение соответствующее схеме». К этой записке приложен чертеж, снятый в копии на схеме № 13.
[43]
Весь вечер 6/19 августа и наступившую ночь командир 112 полка употребил, чтобы выполнить вышеприведенное указание ген. Российского, причем он уже от 8 час. 23 мин. вечера пишет командиру 1 батальона: «Продвиньте батальон больше вперед на подмогу 5 роты; двигайтесь энергичней вперед, направление по 5 роте. Войдите в связь с 5 ротой».
109 Волжский полк с 1 дивизионом 28 арт. бригады в 2 час. дня прошел д. Радшен и к 4 час. стал подходить к д. Ушбален. 24 орудия заняли позицию в районе д. Шуркляукен и открыли огонь (схема № 12). Движение 109 полка было замечено и вызвало обстрел артиллерии немцев из района Покалишкен —Варкален. К 4 час. вечера стреляло 3—4 легких и 1—2 гаубичных батареи.
Хотя задачей 109 полка по приказу № 7 было занятие д. Ушбален, но он не остановился на этом, а стал продолжать наступление на Покальнишкен. Почему это случилось, несмотря на позднее время, незначительность сил волжцев (1 и 3/4 батальона) и несоответствие обстановки вообще, не совсем ясно. Тем более, что наштакор XX телеграммой № 47 в 2 часа 30 мин. дня подтвердил ген. Лашкевичу о занятии только фронта Ушбален—Бракупенен.
Реляция о действиях 28 дивизии по этому поводу говорит: «Между тем командир 109 Волжского полка, заняв д. Ушбален и не ограничиваясь выполнением только приказа по дивизии, решил преследовать противника в направлении Покальнишкен».
Это не совсем так, преследовать никого не приходилось, так как противник разбит не был и имел в районе Ушбален разве группы разведчиков. Во-вторых, такая широкая инициатива была вообще не в духе русских войск, и, в-третьих, в деле имеется записка ген. Лашкевича за № 459, написанная от 7 час. 35 мин. вечера из д. Мингштимен командиру 109 полка, следующего содержания: «Продолжайте движение на Покальнишкен, войдите в фактическую связь влево с 110 полком; работайте вместе с ними на фронте Покальнишкен—Нибудшен. На Ворупенен для помощи нам с фланга направлен бат. и 6 кон. оруд. 29 пех. дивизии. 111 полк идет на Кумельн. От Катенау тоже для поддержки нам двигается отряд (1 бат. 4 оруд.) полк. Ольдероге. Общее направление удара корпуса на правый фланг противника».
Здесь впервые в распоряжениях ген. Лашкевича за этот день проскальзывает указание на боевую задачу дивизии: «Работать на фронте Покальнишкен—Нибудшен», а также на боевую задачу корпуса: «Удар на правый фланг противника».
Однако формулированы эти задачи крайне неопределенно и судя по приведенной выше выдержке из реляции, подпи-
[44]
санной самим ген. Лашкевичем, он как будто не считал их обязательными для исполнения 6/19 августа, так как движение на Покальнишкен относит, видимо, к инициативе командира 109 полка.
Как бы там ни было, командир 109 полка направил свои 1 и 3/4 батальона на д. Вандлаукен—Рудштанен и Хорбуден; к 8 час. вечера занял эти деревни и подошел к району д. Покальнишкен, не только прочно занятому пехотой в окопах, но и прикрытому, согласно реляции 28 дивизии, проволочными заграждениями.

Схема при записке ген. Российского (06 августа 1914 г.)

В связи с 109 полком продвигался несколько вперед и 110 полк, при чем правая его группа из 8, 15, 14 рот заняла в 8 час. 20 мин. вечера двор Хорбуден. Левый фланг полка не дошел до окопов, занятых немцами, у д. Нибудшен. на 600-800 шагов.
Положение 28 дивизии в 8 час. вечера 6/19 августа, составленное по сохранившимся данным, показано на схеме № 12. В течение всего наступления 109, 110 и 112 полков немцы
[45]
развивали сильный артиллерийский огонь, причинивший наступавшим ротам 109 и 110 полков серьезные потери.
Следующий период боя этого дня оставил мало документов, и приходится довольствоваться лишь отрывочными данными.
Реляция 28 дивизии говорит: «Разведчики выяснили, что противник занимает сильно укрепленную позицию с проволочными заграждениями на фронте Покальнишкен—Варкален; силы его не менее полка пехоты при 4—6 батареях и многих пулеметах. Наши батареи 1 дивизиона, расположенные у д, Шуркляукен, не могли подавить огня противника и принуждены были молчать. Чтобы овладеть неприятельской позицией у Покальнишкен, командир полка полковник Гранников направил две роты в обход позиции противника; но около 8 час. вечера полк. Гранников выбыл из строя; его заместитель полк. Арефьев вслед за этим тоже выбыл из строя. В это время противник, видя незначительные силы волжцев, перешел в наступление».
Вполне понятно, что семь рот 109 полка, понеся потери от огня, лишившись своего старшего командного состава и не поддержанные действительным огнем своей артиллерии, не могли выдержать контратаки более сильных немцев. Остатки этих семи рот отошли к Шуркляукен, где собралось всего около 2,5 рот 109 полка. Под давлением продолжавших наседать немцев, светивших прожекторами и развивавших сильный огонь, волжцы около 12 час. ночи продолжали свой отход сначала к шоссе Прокупенен—Мальвишкен, а затем и к д. Мингштимен.
1 дивизион 28 артиллерийской бригады отошел к северу от Шуркляукен за шоссе. Правый фланг камцев осадил на высоту д. Шуркляукене, где удержался.
Так окончился бой 6/19 августа. Начдив 28 ген. Лашкевич в течение всего дня не уяснил себе обстановки и в сущности не руководил боевыми действиями своих полков. Он доносит в течение дня командиру корпуса, что против него видимо лишь спешенная конница; вечером около 6 час. сообщает Хану Нахичеванскому: «Повидимому, артиллерия противника подавлена», через ген. Российского сообщает командиру 110 полка: «Против нашего фронта, вероятно, 2 батареи и немного спешенной кавалерии».
Конечно, в этой неориентированности начдива значительная доля вины лежит и на самих командирах полков, неполно доносивших об обстановке боя и не установивших видимо скоро действующей связи со штабом дивизии.
Только около 8 час. вечера начдив начинает опасаться за свой правый фланг, видя действительное положение
[46]
вещей, Он отдает распоряжение находящемуся в корпусном резерве 111 полку двинуть два батальона в д. Шильгален, а затем позднее (12 час. 45 мин. ночи) весь полк в Мингштимен (схема № 14).

Положение 28 русской дивизии к 8 час. утра 7/20 авг.
_________________
Нас и так слишком мало,чтоб между собой ругаться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Андре
Администрация

   

Зарегистрирован: 06.09.2011
Сообщения: 9286
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Вт Июн 17, 2014 21:49     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Часть I.
Обзор Гумбиненской операции.

V. Действия 28 дивизии 7/20 августа.

После того как выяснилась степень неудачи 109 полка, ген. Лашкевич стал рисовать себе обстановку иначе, чем это ему представлялось днем.
Между 3 и 5 час. ночи он посылает ряд записок, в которых указывает на серьезность своего положения.
Он пишет командиру корпуса за № 486: «Прошу обратить внимание на серьезность положения на моем правом фланге, тем более, что по сообщению Хана Нахичеванского его отряд едва держится».
[47]
Начдиву 29: «На смену 109 полка посылаю 111 полк. Очевидно, против моего правого фланга большие силы противника. Положение серьезное... Прошу энергичного содействия вскорости».
Ген. Орановскому за № 467: «Опасаясь охвата моего правого фланга, я выслал к Ушбалену свежий 111 полк; остатки 109 отвел в резерв. Прошу самого энергичного содействия в смысле обеспечения моего правого фланга на случай боя сегодня. Ваше направление на Мальвишкен».
Вместе с тем около 3 часов ночи он направляет прибывшие в Мингштимен шесть рот 111 полка в район Ушбалена. Командующему этими ротами подполковнику Квинто ген. Российским вручается следующая руководящая записка за № 3: «Правый фланг 110 полка д. Шурклаукен, к северу от 24{1}. Двигайтесь в направлении на 32, войдите в связь с правым флангом 110 полка. Пусть артиллерия 1 дивиз. содействует вам 2 бат. 111 полка в общем резерве» (схема № 14). В этой записке в сущности нет определенно поставленной задачи и даже отсутствует достаточная ориентировка, которую ночью прибывающему из корпусного резерва полку, конечно, добыть самому возможности не представлялось.
Нельзя было найти эти данные и в распоряжениях начдива 28, так как ни этой ночью, ни днем 7/20 августа общего боевого приказа, формулирующего боевые задачи полков 28 дивизии и согласующего их действия, так и не было выдано.
Рассвет застал полки, очевидно, не знающими, наступает ли дивизия или обороняет какой-либо рубеж.
В описаниях боевых действий 110, 112 полков и даже в реляции начдива мы встречаем указание, что 7/20 августа огонь неприятеля с утра был настолько силен, что «роты продвинуться вперед были не в состоянии».
Между тем вся обстановка указывала на необходимость 28 дивизии принять сначала всего устойчивое положение на каком-либо рубеже, окопавшись на нем.
7/20 августа 1 германский корпус перешел в наступление в охват правого фланга 1 русской армии.
В 4 часа утра началась сильная артиллерийская канонада целым рядом легких и тяжелых батарей, засыпавших район расположения 110, 112 полка, а также район развертывания рот 111 полка у Ушбалена.
Батареи 28 артиллер. бригады не оказались в силах подавить огонь немцев, и в восьмом часу утра почувствовалось давление наступавшей немецкой пехоты.
[48]
Командиры полков ориентировали штаб дивизии, и начдив доносит в 7 час. 10 мин. утра комкору: «Артиллерия противника в превосходных глубоких окопах, наши батареи не могут их подбить. Прошу распоряжения прислать гаубичную батарею, а также прошу содействия 29 дивизии».
Около этого времени к д. Мингштимен подошли из резерва и остальные роты 111 полка, с командиром полка; они были двинуты начдивом «в направление на Шурклаукен» с предписанием: «об'едините в своих руках командование вашим полком, на правом фланге и I див. артиллер». (Записка № 470 от 7 час. 35 мин. утра).
В 7 час. 35 мин. утра обнаружился обход немцев от д. Абшрутен. К 8 час. утра положение 28 дивизии обозначено на схеме № 14. После 8 час. утра к начальнику дивизии начинают поступать со всего фронта донесения о наступлении превосходных сил немцев, о значительных потерях и об охвате правого фланга дивизии.
В 8 час. 35 мин. утра ген. Лашкевич доносит комкору: «К 7 час. утра огонь артиллерии противника сосредоточился главным образом на моем правом фланге в районе Ушбален. Положение правого фланга очень серьезно... Прошу подкрепить правый фланг у Ушбалена».
Тогда же он просит у соседа слева, начдива 29, «немедленного энергичного содействия».
Несмотря на складывающуюся обстановку, ген. Лашкевич общего распоряжения для обороны дивизия не отдает, а посылает своим командирам полков отдельные, довольно непонятные, распоряжения.
В 8 час. 45 мин. утра он пишет командиру 110 полка за № 476: «У Ушбалена 2 бат. 111 полка и дивизон артиллерии. Противник в превосходных силах против Ушбалена. Держитесь ближе к вашему правому флангу и продвигайтесь ближе к 111 полку, непременно оказывая ему содействие. Г.-л. Лашкевич». Ниже подписи следует странная собственноручная приписка начдива: «Исполнить безотлагательно. Г.-л. Лашкевич».
Тогда же командиру 111 полка он отдал приказание «во что бы ни стало держаться на занимаемой позиции».
В это время, видимо, некоторые роты уже стали подаваться назад.
В 9 час. 20 мин. утра ген. Российский пишет командиру 112 полка: «Камцы в центре держатся и не отступают. У д. Ушбален 3 бат. 111 полка 24 орудия, северней их у Мальвишкен 1 кав. бригада{2}. 110 Камский п. держится в центре между
[49]
Ушбален и Бракупенен. Содействуйте Камскому полку, поддерживая его левый фланг». В 9 час. 30 мин. утра ген. Лашкевич передает во все полки приказание: «ни пяди назад!» Приказание получают все части дивизии, и оно имеет следствием то, что многие доблестные роты остаются на занятых ими местах в то время, когда неприятель их обходит, и почти целиком гибнут.
Между 9 и 10 час. утра немцы прошли в образовавшиеся на фронте дивизии интервалы, а также обошли 111 Донской полк с севера. Связь между боевыми участками и штабами полков к этому времени прерывается.
Некоторые части дивизии, сильно потерпевшие от огня, не выдержали и стали отходить, другие были окружены. Управление войсками, не налаженное удовлетворительно и ранее, окончательно расстроилось. Документов, освещающих этот период боя, почти не осталось. Журнал военных действий 110 полка говорит: «Отступление производилось под сильным артиллерийским, пулеметным и ружейным огнем, при чем полк нес большие потери. В виду того, что ротам не было указано направление отступления, некоторые отходили к правому, а некоторые—к левому флангу».
Большое упорство проявил 2-й див. 28 бригады, стоявший в районе южней Ванагубхен и ведший беспрерывный огонь почти до атаки немцами батарей, 5 и 6 батареи успели хотя и с потерями спасти свои орудия, но 4 батарея погибла, защищаясь до последнего. Сохранилось описание участника этого интересного момента боя, которое приводится:
«2-й дивизион 28 артил. бригады 6/19 августа вед бой, стоя восточнее Бракупенена. Ночь на 7/20 прошла совсем спокойно. Но утром на 28 дивизию обрушился удар германского корпуса, подкрепленного частями Кенигсбергского гарнизона. Долго и упорно держалась наша пехота. Отдельных стрелков слышно не было, казалось, что кипело что-то в гигантском котле. Все ближе и ближе, и вот на батарее стали свистать ружейные пули. Под страшным огнем, наполовину растаявшая и потерявшая почти всех офицеров, медленно отходила 28 дивизия, за линию артиллерии, 4, 5 и 6 батарей. Менее чем в версте перед батареями тянулось шоссе, и через минуту, насколько хватал глаз, на шоссе хлынула серая волна густых немецких колонн. Батареи открыли огонь, и белая полоса шоссе стала серой от массы трупов. Вторая волна людей в остроконечных касках; снова беглый огонь, и снова все легло на шоссе. Тогда до дерзости смело выехала на открытую позицию германская батарея и в то же время над нашими батареями пролетел аэроплан с черными крестами. На батареях стал ад, немецкая пехота надвигалась на батареи
[50]
и обходила 4-ую, которая била на картечь и в тылу ее трещал неприятельский пулемет; она погибла. С фронта немецкая пехота подошла к батареям на 500 — 600 шагов и лежала, стреляя. Батареи били по противнику лишь редким огнем, ибо уже не было патронов. С большим трудом 5 и б батареи были вывезены из боя».
Начальник 28 дивизии, перед глазами которого все отчетливей развертывалась обстановка, в 11 час. утра опять ищет помощи у начдива 29: «28 дивизия в чрезвычайно тяжелом положении. Еле держусь. Потери большие. Усердно прошу немедленно двинуться мне на помощь». Помечено: «2 версты восточней д. Мингштимен», где до того пребывал штаб дивизии, из чего следует, что начдив 28 в это время уже отходил.
Через 10 минут ген. Лашкевич вновь пишет начдиву 29: «Еще раз убедительно прошу поддержать меня. Держаться больше не могу. Справа обходят. Резерва нет».
К 11 часам утра отход принял общий характер и, никем не регулируемый, вылился в хаотические формы.
Журнал военных действий 110 полка: «К перекрестку дорог на Тутшен и Зеекампен подошли части 110, 111 и 112 полков; по обсуждении общего положения командирами полков решено было отступить на Тутшен и дальше на Шаарен, где были обозы 2 разряда всех полков дивизии.
«Отступление велось в колонне, при чем охрану колонны принял на себя раз'езд 2-го Лейб. Гусарского Павлоградского полка, который доносил о том, что колонне угрожает неприятельская кавалерия с конной артиллерией. Этому донесению не было придано особого значения, т. к. на нашем фланге отступал конный отряд{3}, который должен был сделать набег на левый фланг расположения противника.
«Пройдя д. Зеекампен, у лощины колонна неожиданно была обстрелена из пулеметов и конной артиллерией... был обстрелян и обоз... лошади, вырвавшиеся из рук, в полном беспорядке понеслись по рассыпавшейся цепи рот... кавалерия противника бросилась в атаку, охватывая фланг»...
Пехота немцев преследовала отступавших только версты на две за шоссе Бракупенен—Кусен, но конница{4} безнаказанно работала в тылу отходящих, действуя небольшими частями в направлении на Виткампен, Грибен и Пилькален, который оказался вечером в ее руках.
Сохранилось интересное донесение, относящееся к этому периоду боя, ротмистра Павлоградского Гусарского полка
[51]
Левенца 1-го, посланного после полудня начальником штаба XX корпуса в район д. Ванагупхен для разведки прорыва между 28 и 29 дивизией. Попав у д. Корелен в сферу боя, он обошел д. Шильгален, выйдя откуда заметил отступающие беспорядочные цепи русской пехоты, провожаемые редким огнем из Корелен. Немецкая цепь рыла окоп западней Шильгалена. Другие неприятельские роты выходили на шоссе и тянулись к югу к д. Бракупенен. В это время ротмистр Левенец 1-й увидел немецкий аэроплан, по которому немецкие войска открыли огонь. Одновременно он увидал, что по шоссе с севера и частью с севера-востока подходят в беспорядке к д. Ванагупхен новые неприятельские пехотные части. Не разобравшись, эти две группы немцев открыли взаимную ожесточенную стрельбу пачками, длившуюся минуты три. После того как она стихла, группы соединились и стали окапываться.
Донесение рот. Левенца указывает, что при встречном столкновении и в германских войсках хромали подчас ориентировка и управление. Начдив 28, который упустил из своих рук управление, в 2 час. 35 мин. доносит командиру корпуса: «Под сильнейшим артиллерийским и пулеметным огнем дивизия отходит на Швиргален. Сейчас 2 час. 30 мин. дня на высоте д. Зеекампен—Шильгален».
В делах имеется только одна записка, указывающая на попытку ген. Лашкевича внести в сложившийся бой свое влияние; это распоряжение (№479),: «около 12 дня остатком 109 полка занять позицию у д. Мингштимен для удержания правого фланга дивизии. Обойдите роты, ободрите их и от имени командира корпуса прикажите не отходить ни на шаг. Быть может, вам придется принять на себя отходящий Донской полк, который тоже удержите на вашей позиции»...
Особого влияния это распоряжение на ход событий не имело. Реляция надчива 28 говорит, что после атаки неприятельской конницей некоторые части, «расстроенные потерями... стали отходить в различных направлениях и в конечном результате оказалось: рота 110 полка с командиром полка в г. Владиславове, разрозненные части 111 полка направились к Вержболову, при чем знамя было отвезено в Ковно и сдано коменданту крепости, части 112 полка остановились около Сталупенена и заняли позицию по указанию штаба III корпуса. 1 дивизион 28 бригады—в Вержболово, 2 дивизион—прибыл в Сталупенен; 109 полк с двумя сводными ротами 111 полка и одной ротой 112 полка заняли позицию на линии Колбасен— Тутшен».
Из журнала 110 полка видно, что знамя этого полка оказалось в г. Вилькавишках.
[52]
Словом, 28 дивизия за малым исключением рассыпалась. Между тем раз'езд, посланный в д. Видкемпен, в 3 час. 50 мин. дня доносит: «Наша пехота и обозы миновали линию Брушен— Тутшен. Огонь почти прекратился, стреляла одна тяжелая батарея от Радшена. Наступления неприятеля не наблюдалось. В Брушене небольшие силы спешенной конницы, у Эйменишкен противника нет».
28 дивизия за бои 6/19 и 7/20 августа понесла следующие потери:
109 полк (7 рот)
10 оф.
655 сол.
4 пулем.

110 полк (4 бат.)
30 оф.
2231 сол.
5 пулем.

111 полк (3 бат.)
34 оф.
2150 сол.
8 пулем.

112 полк (11 рот)
24 оф.
1736 сол.
6 пулем.

28 арт. бригада
6 оф.
173 сол.
8 оруд.
163 ар. л.
Всего
104 оф.
6945 сол.
23 пул., 8 оруд.
163 ар. л.
Осмотр мест боя после занятия их вновь русскими 9/22 и 10/23 августа обнаружил огромный процент убитых. Очевидец говорит, ЧТО «лежали цепи целых рот со своими офицерами и с батальонными командирами, они как бы затыли в тех позах, в которых их застигла смерть».
Только в одной братской могиле у д. Бракупенен было погребено священником 112 полка 10 офицеров и 300 солдат.
28 дивизия в боях 6/19 и 7/20 августа нарушила не только правила ведения встречного боя, но и основные принципы управления войсками вообще.
Начдив за два дня сражения не отдал общего приказа, ясно ставящего боевую задачу частям дивизии и согласующего их действия.
Вследствие этого работа частей 28 дивизии носила случайный и весьма несогласованный характер.
Когда обнаружилось давление превосходных немецких сил, и дивизия стала подаваться назад, ген. Лашкевич вместо того, чтобы хоть тогда взять в руки управление своими частями, ищет неосуществимой помощи у Начдива 29 и Комкора ХХ.
Несомненно, что известную отрицательную роль в неудаче 28 дивизии сыграла армейская конница правого фланга, бездействовавшая в день сражения всей армии и даже не ориентировавшая ген. Лашкевича в обстановке.
Однако, следует признать, что если бы ген. Лашкевич все же управлял своей дивизией, то никогда бы она в столь короткое время и при относительно несильном нажиме со стороны немцев не пришла бы в расстройство подобное тому, которое имело место 7/20 августа.
[53]
_________________
Нас и так слишком мало,чтоб между собой ругаться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Андре
Администрация

   

Зарегистрирован: 06.09.2011
Сообщения: 9286
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Вт Июн 17, 2014 21:50     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Часть I.
Обзор Гумбиненской операции.

VI. Действия 29 дивизии.

5/18 августа 29 дивизия расположилась в районе Юкнишкен—Кегстен, откуда 6/19 августа выступила с целью занять главными силами назначенный ей приказом комкора XX фронт Кармонен— Пусперн. (Схема № 7.)
Продвижение шло спокойно и раз'езды доносили лишь о небольших партиях неприятеля, отходивших без сопротивления на запад.
Однако, когда, около 3 час. 30 мин. вечера, авангард дивизии подошел к д. Шоршинелен, то по нем со стороны д.д. Нибудшен и Ворупенен был открыт артиллерийский огонь. Авангард развернулся. Подошедшие главные силы усилили авангард и боевой порядок дивизии стал продвигаться вперед.
Продвижение шло с боем, под сильным огнем артиллерии немцев и при поддержке артиллерии дивизии.
К 10 час. вечера бой прекратился. Войска стали окапываться на линии: от шоссе западней д. Балинен до д. Ворупенен. (Схемы №№ 1 и 15.)
Части дивизии были распределены: а) в боевой линии — 11/2 батальона 113 полка, 114 полк, 115 полк, 1 дивизион 29 арт. бригады и 1 батар. 20 морт. дивизиона, б) в резерве— 11/2 батальона 113 полка, 2 дивиз. 29 арт. бриг., 1 бат. 20 морт. дивиз., которые стали в окрестностях д. Шоршинелен, в) штаб дивизии стал в Шоршинелен.
116 полк еще не прибыл в состав дивизии, и после высадки с железной дороги находился в тылу.
Ночь прошла относительно спокойно. Части окопались на занятой накануне линии. С рассветом возобновился огневой бой. (Схема № 15.)
В 9 час. утра начдив ген. Розеншильд-Паулин пишет начдиву 25 ген. Булгакову: «Веду упорный бой на фронте Балинен, Шпринген и Антширгесерн. Деревни Балинен, Ворупенен и Антширгесерн заняты нами. Но деревни Шпринген, Бумбельн и Нибудшен сильно укреплены и заняты не-приятелем. Веду против них усиленную подготовку, после чего они будут штурмованы. Начдив 28 сообщил, что на него напирают значительные силы и что кавалерия Хана Нахичеванского не может оказать содействия. Ген. Лашке-вич просит моего содействия. Таковое могу оказать не раньше захвата упомянутого укрепленного района. Прошу вас, если по обстановке возможно, движением в тыл Нибудшена поддержать мою атаку».
[54]

Положение на фронте III русского корпуса к 3 час. дня 7/20 августа.


[55]
Перечисленных выше деревень, занятых немцами, 29 дивизии взять не удалось, а после 1 час. 30 мин. дня немцы сами стали усиленно наступать на Ворупенен.
В 2 час. 20 мин. дня начдив 29 опять просит начдива 25 поддержать его от Ласдинелена в направлении на Блеккен, откуда противник повел свой главный удар против 29 дивизии.
25 дивизия сама была атакована немцами и поддержать 29 дивизию не могла.
В 5 час. дня положение 29 дивизии стало угрожающим вследствие совершенного обнажения правого фланга 28 дивизией, и начдив 29 решил отвести свои части несколько назад.
К вечеру 29 дивизия заняла и удержала фронт Кумельн — (113 полк с 1 дивизионом 29 арт. бриг, и 20 морт. арт. дивиз.) Шоршинелен (115 полк, с 2 див. 29 арт. бр.); в. д. Микутелен стал 114 полк, а с тыла к Катенау подошел 116 полк. (Схема № 9.)
Таким образом 29 дивизия отбила все попытки немцев сбить ее и отошла, выполняя свой собственный план, при чем лишь настолько, чтобы обеспечить себя от обхода.
[56]
_________________
Нас и так слишком мало,чтоб между собой ругаться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Андре
Администрация

   

Зарегистрирован: 06.09.2011
Сообщения: 9286
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Вт Июн 17, 2014 21:51     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Часть I.
Обзор Гумбиненской операции.

VII. Действия 25 дивизии 7/20 августа.

К вечеру 6/19 августа 25 дивизия расположилась на отдых главными силами в районе Калпакен—Гурчен и выдвинула вперед от каждой из своих бригад по авангарду, которые должны были выставить охранение по линии Ласдинелен— Аугступенен.
Левый авангард в составе двух батальон. 100 п. Островского полка выполнил задачу; он продвинулся к деревне Содинелен и выставил охранение от Аугступенен, где вошел в связь с охранением 27 дивизии, до рощи, что северо-западней д. Альт Грюнвальде. (Схемы №№ 7 и 15.)
Правый авангард в составе батальона 97 пех. Лифляндского полка, подойдя к д. Байчен, был встречен артиллерийским, а затем и ружейным огнем.
Батальон развернулся и стал вести перестрелку; с тыла к нему были двинуты для подкрепления батальоны 97 пех. полка и 1 дивизион 25 арт. бригады.
С темнотой перестрелка прекратилась, поддержки были отведены на отдых к д. Грюнгаус, а авангард занял линию охранения от болота Торф Моор до д. Байчен включительно.
Таким образом, правый авангард не занял назначенной ему линии охранения и не установил связи с охранением левого авангарда. При этом остался совершенно не охра-
[56]
ненным участок между д. Байчен и рощей северо-западнее Альт Грюнвальде на протяжении около 2,5 верст, а охранение левого авангарда (100 п.) оказалось выдвинутым уступом вперед почти на 3 версты.
Ночь с 6/19 на 7/20 прошла в общем спокойно, но противник освещал расположение правого авангарда прожекторами и от времени до времени открывал огонь.
Командарм 1 ген. Ренненкампф 6/19 августа приказал комкору III ген. Епанчину, в виду утомления войск и необходимости подтянуть тыловые учреждения и пополнить запасы, 6/19 августа продвинуться вперед настолько, насколько это возможно при условии не вступать в упорный бой с неприятелем, а 7/20 августа оставаться на занятых местах (тел. № 398).
Во исполнение этого ген. Епанчин отдал свой приказ № 118 от 10 час. 20 мин. вечера 6/19 августа: «В виду утомления войск и необходимости подтянуть тыловые учреждения и пополнить запасы, командарм приказал продвинуться вперед лишь настолько, насколько это возможно при условии не вступать в упорный бой с неприятелем. 7 августа корпусу занять фронт Пусперн — Сциргупенен— Матишкемен—Соденен.
а) Г.-л. Булгакову к 5 час. утра занять район Пусперн— Сциргупенен—Вердельн.
б) Г.-л. Адариди к 5 час. утра занять район Матишкемен—Варшлеген.
в) Г.-л. Короткевичу к 5 час. утра занять район у Соденен.
Районы, указанные в п.п. а, б и в, должны быть заняты главными силами. Охранение оставить на месте". (Приложение №. 10.)
Приказ этот, предписавший войскам в сущности ночное движение, своевременно в дивизиях получен не был.
Ночью ген. Епанчин получил сведения, указывавшие на возможность сосредоточения и наступления немцев против III корпуса, почему он около 3 час. на 7/20 августа по телефону дал начдиву 27 указание о немедленном выдвижении дивизии вперед.
Надо думать, что соответствующее распоряжение ген. Епанчин отдал и надчиву 25 ген. Булгакову. Однако это распоряжение во-время, повидимому, не дошло и, по словам реляции 25 дивизии, части, этой дивизии в 5 час. утра приступили к исполнению распоряжений начдива, отданных в развитие приказа корпусу № 118.
Войска двинулись (реляция штаба дивизии):
1) 97 п. Лифляндский полк с 1 дивиз. 25 арт. бриг. — по шоссе на Гумбинен,
[57]
2) 98 п. Юрьевский полк—на д. Сциргупенен,
3) 3 бат. 99 п. Ивангородского полка и 2 дивизион 25 арт. бригады—д. Вердельн,
4) 2 бат. 100 п. Островского полка, 2 бат. 109 п.{1} Волжского полка и 3 мортирн. арт. дивизион—через Ионасталь в Содинелен. (Схема № 15.)
Около 6 час. утра перед сторожевым охранением 100 полка, как и перед соседней 27 дивизией, появились передовые части наступающей 35 германск. дивизии, и под давлением их охранение начало отходить.
Влево в 27 дивизии начался артиллерийский огонь, который после 7 час. утра был распространен немцами и на район Содинелена, занятый сторожевыми частями 100 полка.
Распоряжавшийся здесь командир 100 полка полк. Зарин решил со своими двумя батальонами удерживаться на возвышенности к западу и северо-западу от д. Содинелен до подхода частей, следовавших через Ионасталь в его распоряжение.
Батальоны (1 и 2) островцев принялись деятельно окапываться, но немцы энергично наседали, наступая густыми цепями и обстреливая их самым действительным огнем своей артиллерии.
Д. Содинелен была в 9 часу утра захвачена немцами до подхода колонны из Ионасталя. Только 3 мортирный дивизион успел выдвинуться восточней д. Содинелен, но, оказавшись здесь уже под ружейным огнем неприятеля, был принужден быстро отойти в район рощи, что западней д. Иодшлаукен.
Из подходящей колонны, по приказанию полк. Зарина, третий бат. 100 п. присоединился к первым двум север.-запад, д. Содинелен, два батальона 109 п. заняли возвышенность восточнее д. Содинелен, а три роты последнего батальона островцев были направлены, как говорит реляция 25 дивизии, «по сторонам деревни». Одна рота (13) оставлена в резерве.
Все эти распоряжения не явились развитием определенного, методически проводимого плана, а носили характер порывистый и до некоторой степени случайный.
Они оказались также и запоздалыми, ибо густые цепи стройно и энергично наступавших немцев захватывали уже образовавшиеся между батальонами промежутки и фланкировали их, развивая сильнейший огонь.
Части отряда полк. Зарина не выдержали и в 11 часу утра начали отходить.
[58]
Чтобы задержать хоть несколько неприятеля, командир 100 полка полк. Зарин лично повел оставшуюся в резерве 13 роту 100 полка с 2 пулеметами на возвышенность восточней д. Содинелен, где удерживалась еще одна рота волжцев и откуда ему удалось обстрелять и несколько задержать густую колонну немцев со знаменем, обходившую от д. Содинелен лощиной расположение островцев.
В это время полк. Зарин был ранен и выбыл из строя, что внесло еще большую путанность в управление отходящими частями, которые собрались частью за рощей, что севернее д. Матишкемен, частью в районе д. Ионасталь.
Колонна 99 п. Ивангородского полка с 2 дивизионом 25 арт. бригады под начальством полк. Верховского около 8 час. утра подошла к д. Гуддин.
Здесь полк. Верховский оставил штаб полка и две роты III батальона, а с остальными батальонами свернул на д. Ионасталь, хотя ему и было назначено направление на Вердельн.
Причиной было то, что «впереди идущие части первой бригады были встречены артиллерийским огнем», и потому полк. Верховский решил пройти к месту назначения с юга (Реляция 25 арт. бр.).
При подходе к д. Ионасталь, однако, обнаружилось, что неприятельская артиллерия открыла сильный огонь также и по Островскому полку и по соседней 27 дивизии.
Полк. Верховский оставил у д. Ионасталь остальные роты III батальона с 8 пулеметами с приказанием «ни за что не отдавать деревни и в случае неудачи батальонов боевой линии поддержать их». (Донесение нач. пул. ком-ды 99 п.)
Два батальона, I и II, он назначил в боевую линию, и приказал им «развернуться в боевой порядок и двигаться вправо от дороги, ведущей на Содинелен, держа направление: левому флангу на сев.-вост. опушку густого леса{2}, а правому флангу на д. Вердельн». (Реляция командира 99 п.)
Батальоны эти, построившись по-ротно в две линии, около 9 час. утра стали наступать в назначенном направлении.
Артиллерия, бывшая в колонне, не сразу получила определенную задачу. В реляции командира 25 арт. бриг. говорится: «В виду неопределенности обстановки дивизион долго не мог занять определенную позицию и, переменив их три, наконец занял четвертую позицию к востоку от д. Сциргупенен, где и открыл огонь в 10 час. 30 мин. утра по неприятельским батареям».
[59]
Батальоны боевой линии 99 полка стали продвигаться под артиллерийским огнем немцев вперед.
I батальон к 10 час. утра занял правофланговой своей ротой (5) д. Вердельн, где и вошел в связь с 98 полком.
Южней шел в это время отход островцев, и очередной задачей было поддержать их и не дать немцам развить прорыв между 27 и 25 дивизиями.
Батальоны ивангородцев наступали низиной местами мокроватой, а островцы покидали высоты, что восточной и северо-восточней д. Содинелен.
Обстановка требовала энергичного и сосредоточенного удара вперед, чтобы не дать немцам утвердиться на оставляемых островцами возвышенностях. Однако наступление ивангородцев жидкими цепями, не поддерживаемое своевременно своей артиллерией и пулеметами, шло вяло, и немцы оказались на возвышенностях, а ивангородцы внизу, в болотной низине, на линии Вердельн — Иодшлаукен. (Схема № 15.)
Здесь между 10 и 12 час. дня завязался упорный бой, поддержанный с русской стороны сначала 3 морт. арт. дивизионом, переехавшим с дальнейшим отходом островцев к д. Ионасталь, а после 10 час. 30 мин. и батареями 2 дивиз. 25 арт. бригады.
Бой этот доходил местами до штыкового столкновения и был для семи рот ивангородцев, боровшихся на фронте около 2,5 верст против 141 и 176 германских полков, очень тяжелым.
Начдив 25 ген. Булгаков ночевал со штабом в д. Гурчен.
Здесь он получил известие о завязавшемся бое в частях дивизии и отдал в 10 час. 50 мин. утра приказ № 9 (Приложение № 11), которым предписывалось:
1) Г. Л. Джонсону с 1 бригадой 25 дивизии удерживать фронт Пусперн—Сциргупенен;
2) полк. Верховскому с 99 полк. (без одного бат.), с 2 дивизионами 25 арт. бриг, удерживать фронт Вердельн—Содинелен;
3) полк. Зарину с его отрядом удерживать фронт от Содинелена до правого фланга 27 дивизии;
4) IV бат. 99 п. и 1,5 бат. 109 полка быть в дивизионном резерве.
Приказ этот был запоздалым и не отвечал обстановке, сложившейся ко времени его подписания.
Около 12 час. дня противник сильным натиском захватил д. Вердельн, отбросив ивангородцев по всему фронту, и распространился в низине, что северо-западнее д. Иодшлаукен, угрожая уже флангу и тылу 27 дивизии.
Но здесь пришел своевременно на помощь этот угрожаемый сосед — 27 дивизия.
[60]
Начдив этой последней, ген. Адариди, получив сведение об отступлении левого боевого участка 25 дивизии и об угрозе немцами правому флангу 27 дивизии, своевременно двинул часть своего дивизионного резерва (2 бат. 107 п.), находившегося около д. Матишкемен, во фланг преследовавшим островцев немцам и приказал сосредоточить по ним же огонь 2 див. 27 арт. бригады, для чего 4 и 5 батареи переменили фронт почти на 60 градусов.
Кроме того, и начальник правого боевого участка 27 дивизии подкрепил угрожаемый фланг своим участковым резервом.
Эти мероприятия ликвидировали успех, немцев в районе правого фланга 27 дивизии и создали здесь вполне устойчивое положение.
Но в центре 99 полка и на правом фланге роты, не выдержав натиска неприятеля, отошли к дороге Сциргупенен—Ионасталь. Так как батареи 2 дивизиона 25 арт. бригады оказались в угрожаемом положении, им было приказано также переменить позицию, став за д. Гуддин.
Во время этого отхода довольно много людей 99 п. и 100 полков были захвачены немцами в плен, но при обратном движении неприятеля в конце боя значительная часть этих людей освободилась и вернулась в свои роты.
Реляция 99 полка говорит: «Выйдя из сферы огня, остатки первых двух рот собрались на дороге». И в другом месте: «В 3 часа дня остатки II батальона отошли к д. Сциргупенен. Здесь по приказанию командира 98 полка батальон стал в резерв юрьевцев и пополнил патроны».
Начдив 25, чтобы ослабить натиск противника на левый участок дивизии, а равно и оказать содействие соседу справа — 29 дивизии, о чем просил ее начальник, приказал ген. Джонсону перейти в «самое решительное наступление» по фронту Ласдинелен — Серпентен, держа, однако, связь с 99 полком.
Первая бригада 25 дивизии заняла с утра указанный ей участок фронта Пусперн—Вердельн без особого сопротивления со стороны неприятеля, но когда 99 полк стал подаваться назад, то около 11,5 час. командир 98 полка также отвел с разрешения ген. Джонсона свой полк назад на расстояние около 1,25 версты за Сциргупенен.
В то же время во исполнение приказания начдива о переходе «в самое решительное наступление» 97 полк в 11 час. 30 мин утра под сильным огнем немцев из тяжелых пушек двинулся вперед и оттеснил за линию Ласдинелен—Садвейчен работавшие здесь 176, 45 и 44 эрзацбатал. (II гер. див).
[61]
98 полк стал вновь наступать гораздо позже 97 полка, около 2 час. дня, и двигался под огнем немцев из района Вердельн очень медленно.
Только к 8 час. вечера, когда немцы отошли, он занял район д. Байчен.
На фронте ивангородцев вперед были двинуты остававшиеся до того позади роты III и IV батальонов, которые на левом фланге в районе 27 дивизии продвигались вперед довольно успешно; но положение в центре и на правом фланге 99 полка до 3 час. дня продолжало оставаться тяжелым. Здесь энергично наседали 141, 176, а затем частью и 21 германские полки, поддерживаемые артиллерией 35 дивизии и тяжелой корпусной.
Однако они вели наступление густыми цепями и даже колоннами, давая обильную жатву русской артиллерии (2 див. 25 ар. бр., 3 мор. ар. див. и 2 див. 27 ар. бр.) и пулеметам, и тем лишили себя возможности развить дальнейший успех.
За дорогу Сциргупенен Ионасталь им продвинуться не удалось.
Сначала немцы залегли, а в четвертом часу дня, не выдержав огня русских, дрогнули и стали отходить назад, очищая поле сражения. Некоторые роты и батальоны, утратив видимо управляемость, отходили толпами; были замечены даже бегущие.
Начдив 25, получив об этом сведение, отдал приказ «об общем переходе в наступление на всем фронте»; однако немцы не были совсем разбиты, и получив приказ отходить, отходили шаг за шагом, развивая сильнейший огонь артиллерии и пулеметов.
Положение же частей 25 дивизии было таково: 97 полк значительно выдвинулся уступом вперед к Ласдинелену и его можно было с выгодой использовать для давления на фланг неприятеля с севера, а не «по фронту» в то время, когда 98 полк не был еще в силах занять даже д. Байчен.
99 полк имел сильно разбросанные и перепутанные роты и к тому же был весьма измучен боем. Его состояние характеризуется сообщением, приведенным в реляции ген. Булгакова: «Около 6 час. вечера к начдиву приехал 99 полка поручик Барский и доложил, что батальоны 99 полка разбиты. Выслушав доклад, начдив приказал передать командиру 99 полка, чтобы подобные донесения были всегда письменные за его подписью, и приказал сказать командиру полка, что, когда вся дивизия преследует бегущего противника, я прошу его хотя бы удержать занятую полком позицию».
100 полк потерял в утреннем бою около 2000 человек и командира полка и, следовательно, едва ли тоже предста-
[62]
влялся в этот день реальной боевой величиной, пригодной для активной работы.
Только части, не пострадавшие в бою, т.-е. III и IV бат. 99 полка, продвигались вперед за отходящими немцами.
В делах сохранилась записка командира IV бат. 99 полка полковника Миглевского, бросающая несколько иной свет на характер «преследования», чем это проведено в отчетах штабов 25 дивизии и корпуса.
Записка эта, написанная 7/20 августа в 8 час. вечера в д. Байчен (№ 2), гласит: «Преследуя отступающего противника, я, командуя IV бат. и 9 ротой полка, совместно с батальоном 98 полка выбил неприятеля из д. Байчен и за поздним временем остановил преследование и закрепил за собой западную окраину деревни. Правей меня закрепился III бат. 98 п. Юрьевского полка. Через несколько времени над головами передовых линий разорвались два—три неприятельских снаряда, после чего нижние чины 98 полка бросили свои окопы и стали отступать. Я предупредил, что буду стрелять, крикнул 15 роте изготовиться. Тогда ближайшая часть исполнила, а остальные отошли».
Тем не менее, немцы понесли большие потери при выходе своем из боя 7/20 августа; понесли, главным образом, вследствие смелого и отличного действия русской артиллерии. Батареи 2 дивизиона 25 арт. бриг. два раза переезжали вперед и работали в сфере ружейного огня неприятеля.
Довольно значительную роль сыграл в преследовании деятельный начальник пулеметной команды 99 полка ш.-к. Рудницкий.
Он был оставлен командиром полка с III бат. у д. Ионасталь. Во время отхода островцев и волжцев он стал собирать отходившие пулеметы, чистил их, исправлял, снабжал патронами и составлял команды. К 2 час. дня он организовал 16 пулеметов, кроме своих. Часть их он выдвинул на поддержку I бат. 99 полка, а с остальными двинулся вперед с III и IV батальонами. Он принес здесь большую пользу. Между прочим, им была буквально уничтожена одна колонна немцев, пытавшаяся перейти в контр-атаку.
Донесение об этом гласит следующее: «Около 5 час. дня немцы двинулись колонной на наш правый фланг; впереди шли знамена с двумя ассистентами офицерами. Определив расстояние дальномером, 14 моих пулеметов открыли огонь через головы своих. 2000 шагов дали недолет, и с прицелом 23 и 24 мы перешли на поражение. Поддержанные батареей 3 морт. дивизиона, пулеметы в 5 минут уничтожили эту колонну, положив около 1500 человек».
[63]
Около 6 час. вечера начдив 25 получил распоряжение комкора III армейского ограничить преследование противника огнем.
Тем не менее часть батальонов 25 дивизии продолжала двигаться вперед и заночевала на фронте Ласдинелен—Байчен—Содинелен. (Схема № 9.)
В 6 час. 45 мин. вечера ген. Булгаков приказал «с наступлением темноты отойти: 1 див. 25 арт. бригады по указанию Г. М. Джонсона, 2—в Ионасталь; туда же полк. Верховскому отвести один батальон 99 полка».
Занятие района боя дало в руки дивизии несколько сот пленных, большею частью раненых, много амуниции и оружия. Был захвачен 99 полком один пулемет. Пленные принадлежали к полкам 43, 4, 61, 176 и 141; жаловались, что 2 — 3 дня не ели горячей пищи. На поле сражения зарыто более 1000 германских трупов.
25 дивизия потеряла в бою 7/20 августа:
97 полк
2 оф.
149 сол.
98 полк
4 оф.
213 сол.
99 полк
9 оф.
782 сол.
100 полк
20 оф.
2000 сол.
25 арт. бригада

1 сол.
Всего
35 оф.
3145 сол.
Бой 7/20 августа был для 25 дивизии, кроме 97 полка, неудачным в тактическом отношении.
Отдельно терпели неуспех небольшие отряды и колонны. Почти до конца боя отсутствовало управление боем со стороны начдива ген. Булгакова, распоряжения которого являлись запоздалыми и не отвечали быстро менявшейся во встречном бое обстановке.
Важнейшей задачей начальника дивизии при встречном столкновении является согласование усилий всех своих частей для развития их в одном направлении.
Между тем колонны 25 дивизии не только начали бой без всякой связности, но и продолжали его так до вечера. В этом отношении 25 дивизия дала редкий пример, когда один из двух рядом действующих полков (97 п.) в 11 час. 30 мин. дня двигается вперед по приказанию командующего бригадой «в самое решительное наступление», а другой (9Cool в то же время с разрешения того же начальника, без давления со стороны неприятеля, отходит назад на 1,25 версты. Очевидно, что 97 полк не подвергся отдельному поражению лишь благодаря счастливой случайности{3}.
[64]
Батареи 2 дивизиона 25 арт. бригады меняют в течение сражения на пространстве около 2 квадратных верст позицию семь раз{4}, при чем четыре раза до открытия огня, своевременность которого могла бы спасти и положение вещей и 2000 островцев.
Крупная неправильность начдива 25 заключалась также в назначении слабых сил в авангард (2 бат. 100 п.), выдвинутых вперед почти на 8—12 верст, и лишение его совершенно артиллерии, благодаря чему, главным образом, и понес столь тяжкие потери доблестно сражавшийся 100 Островский полк.
Когда ночью и ранним утром выяснилось сосредоточение серьезных сил немцев против дивизии, начдив не проявил достаточной энергии, чтобы возможно, скорей поддержать выдвинутые вперед слабые силы и об'единить действия разрозненных частей своей дивизии.
Такого рода отношение отразилось на действии командиров частей: полк. Зарин, благодаря слабости своего авангарда и отсутствию артиллерии, не подготовил себе позиции на случай наступления неприятеля; полк. Верховский принимает странное и вполне не отвечающее обстановке развертывание для своего полка; в то время, когда надо было энергично ударить всеми своими силами между Байченом и Содинеленом, чтобы выручить островцев и фланкировать наседающих на них немцев и спаяться с колонной юрьевцев, у него на фронте около 2,5 верст оказываются в первой медленно наступающей линии только четыре роты; штаб полка с частью полкового резерва оставлены у Гуддина (около 4 верст от Содинелена, т.-е. места боя), а часть полкового резерва со всеми пулеметами оставлена в Ионастале, в расстоянии около 3,5 верст от Содинелена.
Если бой 7/20 августа не окончился для 25 дивизии крупной неудачей, то только благодаря устойчивости 97 полка и соседа слева — 27 дивизии, оказавшей в трудную минуту существенную поддержку, а также благодаря прекрасному действию артиллерии 25 и 27 дивизий, в связи с пренебрежением со стороны немцев к принципу сохранения сил и применения к местности, выразившимся в наступлении весьма густыми цепями, а местами и колоннами со знаменами и музыкой.
[65]

{1}28 пех. дивизии; они прикрывали во время сосредоточения армии район ст. Вержболово и с движением вперед оказались временно при 25 дивизии.
{2}Роща с кирпичным заводом, что зап. Иодшлаукен.
{3}Она заключалась в том, что район наступления 97 полка видимо вошел в участок I герм, корпуса, притом пассивный; а район действии 98 полка попал уже в участок XVII герм. корпуса.
{4}Отнюдь не по своей воле.
_________________
Нас и так слишком мало,чтоб между собой ругаться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Андре
Администрация

   

Зарегистрирован: 06.09.2011
Сообщения: 9286
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Вт Июн 17, 2014 21:54     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Часть I.
Обзор Гумбиненской операции.

VIII. Действия 27 дивизии 7/20 августа.

К вечеру 6/19 августа 27 пех. дивизия заняла главными силами район м. Енцунен, выдвинув авангард (108 п.{1}, 24 оруд., 1/2 роты сапер.) к д. Варшлеген. Сторожевое охранение продвинулось к речке Роминте, где заняло линию от д. Аугступенен до д. Вальтеркемен. (Схемы №№ 7, 15 и 16.)
Продвижение совершалось без сопротивления со стороны неприятеля, раз'езды которого очистили постепенно район дивизии, при чем были захвачены в плен люди 1 др. и 4 конноегерского полков; в районе Аугступенена были замечены и пехотные разведчики.
Западнее р. Роминте проникнуть русским раз'ездам не удалось: здесь район кишел немецкими конными и пешими дозорами.
Вечер и ночь прошли спокойно; в охранении до 5,5 час. утра была лишь изредка перестрелка. Ничто не обнаруживало близости наступления немцев.
Правда, один казак из раз'езда привез записку, переданную ему на Роминте каким-то пехотинцем, в которой были указания о приготовлениях неприятеля.
Записка эта была составлена настолько безграмотно, что не получила того значения, которое ей должно было бы принадлежать.
Записка гласила: «Доношу вам, что австрийские войска вчера слезли с вагона и направились на место Голубово, так что на Голубове стоит артиллерия германская и уланы, и австрийские войска. На север там же неприятельская артиллерия, кавалерия и пехота. Прошу дать знать нашей дивизии и нашему полку, в котором я существую, Имеритинский 157 пех. п. I рота разведчик запасный Даниил Рябинин».
Несомненно, что разведчик Рябинин пробрался в район высадки немцев и был свидетелем весьма важных обстоятельств, но вследствие недостаточной подготовки он не сумел выразить их в донесении, из которого ничего опре-деленного вынести не было возможно.
Около 3 час. ночи 7/20 августа командир III корпуса сообщил по телефону начдиву 27, что получена сведение о сосредоточении немцев против III корпуса, и передал приказание поднять дивизию и выдвинуться вперед для прочного занятия района Матишкемен—Варшлеген—Соденен (иск.).
[66]
Части главных сил 27 дивизии были по телефону подняты, и начдив 27 отдал в 3 час. 55 мин. ночи 7/20 августа приказ № 169, коим было указано: а) генералу Беймельбургу (105 и 106 полки, 24 ор., 1/2 роты сап.) выступить в 5 час. утра в д. Матишкемен и прочно утвердиться южней 25 дивизии на высоте западней деревни, б) полковнику Струсевичу (108 п., 24 ор.,1/2 роты сапер.) прочно утвердиться на высоте западней д. Варшлеген, в) штабу дивизии и 107 полку выступить в 5 час. утра к д. Рудбарчен. (Приложение № 12.)

Положение 27 пех. дивизии в бою 7/20 августа 1914 г. к 9,5 ч. утра


Около 7 час. утра части дивизии начали занимать места, назначенные им приказом № 189. Правей разворачивалась 25, левей 40 дивизия.
Еще ранее подхода 106 полка обнаружилось наступление неприятеля.
Немцы неожиданно напали около 6 час. утра на левую сторожевую роту (4) 108 полка со стороны Вальтеркемена и уничтожили две заставы после рукопашной схватки. Соседи слышали «ура», но содействия, оказать не успели. От 4 роты осталось человек 60—70. В то же время с наблюдательных пунктов заметили движение колонны из-за р. Роминте.
[67]
Охранение 108 полка завязало деятельную перестрелку с противником и стало постепенно отходить. Полковник Струсевич приказал своей артиллерии начать обстрел. Около 7 час. утра немцы открыли с своей стороны артиллерийский огонь, при чем сразу же несколькими батареями.
Их тяжелые батареи стали покрывать район Варшлеген—Вирбельн — Курцлаукен, а легкие—район д. Варшлегена и Матишкемена. Наши легкие батареи отвечали: сначала 1 дивизион, стоявший на позиции с вечера 6/19 августа, а затем и 2 дивизион.
В 8 час. 10 мин. утра немцы стали теснить охранение и части конной разведки 27 дивизии на всем фронте, и полковник Струсевич донес: «Противник по всему моему фронту ведет наступление, цепи его густые. Сторожевое охранение мое продолжает постепенно отходить. Продолжаю обстреливать противника. Противник обстреливает артиллерией мою деревню и артиллерию (1 див.)».
В то же время и генерал Беймельбург прислал два донесения: № 1. «Во время выбора позиции, со стороны Аугступенена открыт артиллерийский огонь по саратовцам. Развернул 105 и 106 полки и приказал окапываться. Связь с Саратовским полком установлена. Справа вдали—канонада. Я на восточной окраине Матишкемена; связываюсь телефоном с полками и артиллерией».
№ 2. «Во время обзора позиции открыт артиллерийский огонь, пришлось спешно распределить полки на позиции».
Так как Саратовский полк занимал свою позицию с 6/19 августа и не пострадал в бою 4/17 августа, то ген. Адариди считал свой левый боевой участок более прочным. На этот раз влево была и прочная связь с 40 дивизией, части которой развертывались рядом с саратовцами.
Поэтому в 8 час. 50 мин. утра начдив приказал резерву дивизии—107 п. Троицкому полку—перейти к д. Матишкемен.
Полк передвинулся и стал в рощице и оврагах восточней этой деревни; туда же перешел и штаб дивизии, который соединился телефонами со всеми своими частями и со штабом 40 дивизии.
В 9 час. утра обозначилось наступление немцев на Варшлеген. Полковник Струсевич донес: «На мой центр, т.-е. на мою деревню, наступают густые цепи противника, перевожу резерв за центр вместе с 3 пулеметами. Артиллерия наша временно молчит — нет снарядов — плохо подвозят. Идет ружейная перестрелка, все усиливаясь. Деревню противник осыпает снарядами».
[68]
Артиллерийский бой разгорался; тяжелая немецкая артиллерия стреляла непрерывно из-за р. Роминте не менее как тремя батареями.
Части дивизии устраивались на назначенных местах, готовясь к отпору немцам.
В 108 полку 2 рота заняла каменный дом на фронте; часть стрелков вела огонь из окон подвала; большая часть из окон жилых комнат; часть с чердака, сняв местами черепицу.
Бывшая дежурная часть (две роты) успела приготовить себе окопы в рост.
Прочие роты 108 полка, как и все роты 106 и 105 полков, успели окопаться только лежа.
В 9,5 час. утра положение 27 дивизии показано на схеме № 16.
Сторожевое охранение 27 дивизии отошло за главные силы, а наступающие немецкие цепи приостановились в расстоянии 1200—1500 шагов.
Около 9,5 час. немцы, подкрепленные подошедшими частями, стали продолжать наступление и, недооценивая силу русских войск; видимо хотели сбить их с одного маху.
Немцы стали продвигаться вперед сначала большей частью перебежками по отделениям, искусно пользуясь холмистой местностью; при этом несли большие потери от огня 1 див. 27 арт. бригады. Войдя в сферу ближе 1000 шагов, немцы попали уже под действительный ружейный и пулеметный огонь. Бросились с порывом вперед, но не могли пройти смертоносной зоны и в 700—800 шагах.от линии саратовцев легли.
Потери их были огромны. Местами немецкие линии полегли полностью с своими офицерами.
Позднейший осмотр поля боя показал, что большинство убитых в этой полосе были поражены в голову и грудь. Это были люди 128 и 5 гренад. полков 71 бригады, 36 герм. дивизии.
Первое наступление немцев заглохло; часть наступавших отхлынула, часть стала окапываться в расстояния 700—800 шагов от русских окопов.
Что немцы не только залегли, но и отходили после своего первого натиска, свидетельствует донесение № 3 командира пулеметного взвода 108 полка, бывшего при 11 роте (сев. Соденена): «Около 10 час. утра я открыл огонь во фланг по отступающей цепи от д. Варшлеген по дороге на Нестонкемен».
После неудачной попытки молниеносного удара, немцы повели подготовку огнем всех видов и под прикрытием его
[69]
стали накапливать силы для новой атаки. Огонь ими развивался по всему фронту 27 и соседних дивизий чрезвычайной силы; стоял сильный непрерывный гул.
Дальнейший план немцев на фронте 27 дивизии видимо состоял в том, чтобы, пользуясь обширным оврагом, идущим перед фронтом правого боевого, участка, собрать позади и между высотами (50 и 57) сильный кулак для удара на рощу, что северней д. Матишкемен. Здесь взяты пленные и найдены убитые 128, 61 и 176 германских полков.
У этой рощи стоял кирпичный завод с хорошо видимыми отовсюду 2 высокими трубами, что облегчало немцам направление пехоты и работу артиллерии.
Уже вскоре после 10 час. 30 мин. командир II бат. 106 п. полка полк. Сацукевич доносит о скоплении батальона немцев в лощине восточнее 60, при чем сообщает, что 5 рота просит пулемет.
Затем следует ряд донесений, указывающих на усиление неприятельского огня по району правого фланга дивизии и по соседним частям 25 дивизии, а также о нахождении значительных сил немцев в районе высоты 57.
В 11 час. 45 мин. командир 5 роты 106 полка сообщил, что видно в расстоянии 1 — 1l/4 в движение «больших колонн пехоты в общем, направлении на наш правый фланг», а затем о возобновлении наступления на II бат. 106 полка и о сильном огне неприятельских пулеметов.
Почти одновременно с этим в 27 дивизии получилось сведение об атаке противником соседнего полка 25 дивизии, 100 Островского, и об отходе этого полка.
В делах поэтому находятся донесения:
1) командира роты 106 полка: «Пулеметы противника с опушки леса стреляют сильно, необходимо сбить их артиллерией и несколькими пулеметами»,
2) командира П бат. 106 полка: «Прошу содействия артиллерии для отражения пехотной атаки; очень бьют пулеметы»,
3) командира I бат. 106 полка: «Занимаю лес, наступающие цепи подошли на 200 шагов. Артиллерия грохочет, солдаты отходят поодиночке в лес. Офицеры бегают по всей цепи, водворяют порядок. Трудно. Помогите»,
еще командира II бат. 106 полка; «Войска, стоявшие пра-
[70]
вей Цегельни{2}, отошли. Пулеметы немецкие зашли нам в правый фланг».
Положение 27 дивизии становилось критическим, но спокойная распорядительность командного состава спасла дело. Командир 106 полка при первых признаках колебаний у соседей выдвинул в рощу сев. Матишкемен частные резервы I и III своих батальонов. Начальник участка генерал Беймель-бург сосредоточил огонь артиллерии против обходящих немцев.
Начдив 27, получивший своевременно сведение по телефону о положении дел и лично заметивший отход 100 Островского полка, так как со штабом находился в сфере боя, на месте, откуда открывался обширный кругозор, направил во фланг обходивших немцев от резерва дивизии IV бат. 107 полка. Батальону этому (п. Голынец) направление наступления было указано лично начальником штаба дивизии.
В 11 час. 45 мин. полковник Голынец донес (№ 32) «Перешел в наступление правей шоссе Матишкемен—Тракенен за батальоном подполк. Симоненко»{3}.
Другой батальон 107 полка начдив тогда же отправил в распоряжение ген. Беймельбурга. Кроме того, 4 и 5 батареям 27 арт. бригады было приказано переменить фронт на обходящих, при чем им пришлось переместиться под углом около 60 градусов.
Все эти мероприятия не дали развиться прорыву немцев и помогли частям 25 дивизии приобрести устойчивость. Немцы, пытавшиеся овладеть рощей с кирпич. заводом, с большими потерями были отброшены на северо-запад.
В 1 час. 30 мин. дня командир 106 полка уже доносит: «II и IV батальоны крепко держатся под сильным пулеметным и ружейным огнем. Окраина селения (Матишкемена) горит. В I и III бат. телефон порван».
И против Саратовцев немцы несколько раз пытались возобновить наступление от Рибинена, но 4 пулемета 108 полка от Варшлегена, стреляя через головы цепей, прекращали огнем всякие попытки к движению вперед.
Около 12 час. дня полк. Струсевич сообщает: «Держусь стойко. Резервы все уже израсходовал. Неприятельская артиллерия снова открыла по мне сильный огонь. Батареи и пулеметы работают отлично, питание патронами идет правильно».
Между 1 и 2 час. дня первая линия немцев против 108 полка была почти уничтожена. Видно было, как отдельные люди уходят в тыл по всему фронту.
[71]
Вторичная неудача наступления не обескуражила германцев, и они начали готовиться к новому, видимо желая сосредоточить главный удар опять-таки по роще северней Матишкемена, чтобы использовать свой успех на фронте 25 дивизии.
Усиленный огонь по всей линии продолжался с новой энергией.
Части 27 дивизии усиливали и закрепляли свою боевую линию, а противник подводил свои последние резервы.
В третьем часу дня командир II бат. 106 полка донес: «Правей нашего правого фланга вновь наступают две роты, пулеметы очень сильно бьют роты, много потерь. Артиллерия неприятеля стала между высотами 60 и 57 открыто... Прошу выдвинуть пулеметы к кладбищу, где они принесут большую пользу, когда противник поведет атаку на нас; противника еще полурота двигается правей нашего правого фланга».
В то же время стало заметно накапливание новых сил немцев и против 108 полка, и против ближайшего полка 40 дивизии—159 Гурийского, который, не выдержав сильного огня, стал отходить.
Около 2 час. 30 мин. дня с позиции Саратовского полка была замечена большая колонна артиллерии, двигавшаяся по дороге из Грюнвейчена на Варшлеген.
Это оказался дивизион германской артиллерии, который вынесся затем совершенно открыто на позицию юго-зап. деревни Рибинен в 1200 шагах от цепей 108 полка. Однако здесь немцы заплатили за свое недоверие к опыту русско-японской войны, указывавшему на рискованность применения в современном бою открытых позиций для артиллерии, когда неприятель еще не подавлен.
Этот бесстрашный дивизион успел сделать только один выстрел, после чего погиб под ураганом 1 дивизиона 27 арт. бригады во главе со своим командиром дивизиона, который был тут же найден убитым.
В несколько минут район германских батарей и зарядных ящиков представлял сплошное кладбище лошадей и людей. Поздней, при переходе в контр-атаку, весь этот дивизион в составе 12 пушек и 24 зарядных ящиков, наполненных патронами, был взят и составил виднейший трофей 27 дивизии в бою 7/20 августа.
Одновременно с выездом этого дивизиона был замечен выезд еще группы батарей в районе д. Иодзунен, и пехота немцев двинулась в новую атаку.
Так как в центре разгром выехавших батарей сразу же прекратил наступление, то немцы сосредоточили свои уси-
[72]
лия, главным образом, на флангах дивизии по направлению на Соденен и на рощу с кирпичным заводом.
Между прочим, около 2 час. 50 мин. на поддержку своего правого фланга немцы двинули около батальона, стройно, как на параде, соблюдая равнение; роты вышли из-за высот западнее Швигсельна. Наша артиллерия подпустила их на действительное расстояние и ураганом огня расстроила и остановила их; лишь разрозненные кучки их подошли к шоссе восточн. Швигсельн и залегли. Часть этого батальона пыталась позже охватить Соденен с юга.
В это время соседний полк 40 дивизии, 159 Гурийский, окончательно очистил Соденен, и на левом фланге 108 полка временно создалось тяжелое положение. Об этом поступило к начальнику 27 дивизии сообщение и от полковника Струсевича, и поздней от начальника штаба 40 дивизии, который в записке № 78 из д. Согинтен сообщил от 3 час. 45 мин.: «По дошедшим от раненых сведениям, еще не вполне проверенным, гурийцы после больших потерь стали отходить. Поддержите вашим левым флангом. Наш общий резерв двинут, чтобы поддержать гурийцев; кутаисцев обходят слева. Абхазцы еще не вышли во фланг».
Ко времени получения в штабе 27 дивизии этой записки критическое положение собственно уже миновало, так как частные резервы полк. Струсевича и его артиллерии сумели создать устойчивое положение левого фланга и отразили угрозу охвата дивизии.
12 рота и 2 пулемета заняли уступом по-взводно позицию, расположенную южнее Соденен, не занимая последней, а немцы артил. огонь тяжел. арт. направили исключительно в деревню.
Наступление немцев на правый фланг 27 дивизии тоже не увенчалось успехом. (Схема 15.)
Здесь, как рассказывали поздней захваченные пленные, был направлен последний резерв, командира XVII германского корпуса ген. Макензена, бригада пехоты{4}, которая, присоединив ранее вошедшие в бой войска, сделала отчаянное усилие прорвать фронт 27 дивизии в направлении на рощу и кирпичный завод (сев. Матишкемена). Рассказывали, что будто бы сам Макензен наблюдал за ходом этой атаки с водопроводной башни д. Герчен.
Немцы шли открыто, рядами цепей; некоторые начальники ехали верхом среди войск; изредка, делали короткие остановки, местами перебежки взводами, быстро одна за другой.
[73]
Однако и этот героический натиск встретил спокойный, но решительный отпор.
Хорошо пристрелявшийся 2 дивизион 27 арт. бригады сосредоточил огонь всех батарей по наступающим. Особенно отмечены действия 6 бат., о чем сохранилось донесение командовавшего 105 полком от 9/22 августа № 110: «Я лично видел блестящие действия этой лихой батареи... Густым цепям противника, наступавшим на мой правый участок и на части 25 дивизии, 6 батарея нанесла громадные потери и, благодаря этому, 100 п., два раза отступавший, снова переходил в наступление, и немцы не могли произвести охвата участка, занимаемого 105 полком. Опушка рощи, занятая тремя ротами оренбуржцев, обстреливалась сильным артиллерийским огнем, под прикрытием которого неприятельская пехота вела атаку на лес, но в это время 6 батарея переносила и сюда свой губительный огонь и заставила противника спешно отступать. Сам командир батареи кап. Савинич находился долгое время на наблюдательном пункте, расположенном в сфере сильного ружейного огня, на линии пехотных цепей у кирпичного завода».
В районе рощи с кирпичным заводом огнем и контр-атаками встретили наступавших I и часть III бат. 106 полка, IV и часть I бат. 107 полка (из общего резерва дивизии) и батальон 105 полка{5}.
В то же время и одна батарея 1 див. 27 арт. бригады (3-подп. Шилова{6}) была направлена против шедшей атаки и косила, как равно и пулеметы от Матишкемена, неприятеля фланговым огнем.
Немцы и на этот раз разбились.
Шагах в 600—500 от линии 27 дивизии они залегли и после нескольких минут задержки, в начале четвертого часа, неудержимой волной бросились безостановочно назад.
Отход этот прикрывался огнем тяжелой артиллерии и пулеметов.
Еще ранее от командира III корпуса ген. Епанчина было получено начдивом 27 уведомление, что неприятель якобы отходит, и приказание его преследовать.
После отбития натиска на фланги 27 дивизии, генерал Адариди нашел своевременным передать приказание о переходе дивизии в контр-наступление.
Между тем колонны 25 дивизии не только начали бой без всякой связности, но и продолжали его так до вечера. В этом отношении 25 дивизия дала редкий пример, когда один из двух рядом действующих полков (97 п.) в 11 час. 30 мин. дня двигается вперед по приказанию командующего бригадой «в самое решительное наступление», а другой (9Cool в то же время с разрешения того же начальника, без давления со стороны неприятеля, отходит назад на 1,25 версты. Очевидно, что 97 полк не подвергся отдельному поражению лишь благодаря счастливой случайности{7}.
[74]
Последнее не могло выразиться немедленно очень ярко, потому что к этому времени весь дивизионный резерв был израсходован; части боевой линии в перипетиях боя, длившегося с раннего утра, особенно в районе рощи, были пе-репутаны; неприятель же развивал сильный огонь артиллерийский и пулеметный.
Полк. Струсевич в 3 час. 15 мин. за № 10 отдал приказание своим батальонам: «Приказываю полку начать наступление от рубежа к рубежу. Направляющий IV батальон, которому держать направление на запад через д. Нестонкемен на р. Роминте».
Правый боевой участок дивизии тоже начал продвигаться вперед своим правым флангом.
К 4,5 час. дня ружейный огонь у немцев почти прекратился, но зато непрерывно трещали пулеметы, и гремела артиллерия, прикрывая выход задержавшихся частей из боя.
Западней Матишкемена между прочим появились блиндированные пулеметы и пушки на автомобиле. Чтобы их сбить, взвод 4 батареи был в пятом часу дня выдвинут в боевое расположение 108 полка к южной окраине д. Матишкемен, откуда и начал их громить.
В 4 час. 30 мин. дня начдивом 27 было получено по телефону от комкора III ген. Епанчина приказание прекратить преследование неприятеля «в виду общего положения дел».
Приказание это было штабом дивизии передано начальникам боевых участков с указанием выдвинуть вперед охранение, разведку и команды для подбора раненых и трофеев.
Только к 8 час. вечера последние прикрывающие части немцев исчезли с поля сражения. (Схема № 9).
Дивизия стала приводить в порядок свои части и занялась эвакуацией раненых.
Полк. Струсевич донес: «Бой затих. С успехом удержался на всем фронте. Обеспечение своего левого фланга выполнил своими средствами. Привожу части в порядок. Сейчас вижу слева (далеко) разрывающиеся немецкие шрапнели; полагаю, что это происходит в 30 дивизии. Это предположение подтверждается тем, что артил. бой на всем фронте затих. Начавшаяся с 7 час. утра ужаснейшая канонада продолжалась до 8 час. вечера. Настроение полка отличное. Буду оставаться на занимаемой позиции. Сейчас даю людям ужин».
В то же время сосед полк. Струсевича, командир 106 полка полк. Отрыганьев отдал своим батальонам следующий приказ: «Ночевать на позиции. Окопы, где нужно, улучшить и усилить. В каждой роте назначить дежурным по одному взводу, по очереди распределив часы. Вперед выслать сек-
[75]
реты, которые о наступлении противника должен дать знать зажиганием соломы. Пополнить патроны. Соберите раненых и убитых. На ночь в каждый батальон высылается по прожектору. Обед солдатам послан. Офицерский буфет будет прислан в батальоны по очереди. Вышлите человека для связи. Пулеметы будут ночевать на позиции. Прошу быть бдительными и осторожными».
Так закончился тяжелый, но славный для 27 дивизии бой 7/20 августа,
Ген. Адариди в своем донесении о ходе боя пишет: «Таким образом, несмотря на слабый боевой состав полков дивизии, вследствие потерь в бою 4/17 августа, и начавшийся отход соседних частей: справа 25 дивизии и слева 40 дивизии, вверенная мне дивизия отразила все атаки XVII герм, корпуса и оказала существенную поддержку левому флангу 25 дивизии».
Действительно, полки 27 дивизии имели 7/20 автуста в строю штыков: 105 п.—1.300 без пулеметов, 106—2.200 при 7 пулеметах, 107—1.300 при 5 пулеметах и 108—3.000{8} при 8 пулеметах.
7/20 августа 27 дивизия вела бой на фронте около 5 верст и не имела совсем тяжёлой артиллерии. Тем не менее она в двенадцатичасовом непрерывном бою разбила все настойчивые усилия превосходящих ее сил XVII герм. корпуса, с его многочисленной артиллерией, и ей принадлежит главная честь, что в Гумбиненском сражении русские вырвали из рук немцев складывавшийся в пользу последних успех.
Сохранились следующие любопытные подробности о бое левого боевого участка 27 дивизии: люди 108 полка выпустили все патроны, а их было до 250 на человека, и опорожнили все полковые патронные двуколки, смело выезжавшие почти в цепь. Всего полком выпущено до 800.000 патронов. 1-й дивизион 27 арт. бригады выпустил более 10.000 снарядов. Против него действовало одновременно 6 германских батарей, при чем все были открыты и обстреляны.
Наблюдательный пункт командира 2 дивизиона и двух командиров батарей был у чердачного окна дома в Варшлегене, на западной его окраине, в 400—500 шагах от цепей 108 полка.
Пленный германский офицер говорил в Варшлегене с удивлением саратовцам: «Как русские научились стрелять после русско-японской войны!»
Трофеями 27 дивизии явились 12 орудий, 25 зарядных ящиков, 3 исправных пулемета, 10 частей разбитых пулеме-
[76]
тов, около 20 разных повозок, около 2.000 винтовок и масса патронов и амуниции.
Пленных взято до 1.000 человек, преимущественно раненых. В одном Вальтеркеменском перевязочном пункте их было подобрано около 400. На поле боя подобраны четыре знаменные перевязи; это указывает на то, что в четырех из наступавших полков были, убиты знаменщики. Похоронено на фронте 27 дивизии немцев более 2.000 человек.
Тяжелые потери немцев указывают на чрезвычайное упорство и настойчивость их в бою 7/20 августа.
Немцы ходили в атаку очень густыми цепями одна за другой; местами почти колоннами с развернутыми знаменами и пением.
В этом сражении ими было проявлено какое-то из ряда вон выходящее ожесточение. Хорунжий Говорухин, бывший в ночь перед боем в разведке, доносит: «Третьей ротой Саратовского полка был обстрелян раз'езд противника. Немцы рассыпались. Один бросился во двор, что восточной д. Аугступенена. Я окружил с казаками двор. Первым бросился казак Кривненко, схватил лошадь за повод. Немец бросил лошадь, выбежал в сад и залег за куст, держа винтовку на изготовку. Видя это, казак Солдатов убил немца».
В самом начале боя 7/20 августа имел место следующий случай: тесня сторожевое охранение 108 полка, немцы захватили подпрапорщика и нескольких солдат; затем при движении в атаку на IV бат. саратовцев, немцы заставили итти этих людей перед собой, пока они не были перебиты.
После окончания боя раненые немцы стреляли в подходящих подать им помощь русских. О двух таких случаях имеется донесение ген. Беймельбурга, при чем поруч. 106 полка Самойлович был ранен в грудь навылет, а того же полка подпоруч. Прокоп ранен легко.
Части 27 дивизий понесли в бою следующие потери:
105 полк
4 оф.
361 сол.

106 полк
8 оф.
208 сол.

107 полк
- оф.
65 сол.

108 полк
5 оф.
263 сол.

27 арт. бригада
4 оф.
53 сол.
36 лош., повреждено 4 оруд.
Всего
21 оф.
950 сол.
36. лош.
Успешные действия 27 дивизии в сражении 7/20 августа об'ясняются, кроме спокойного мужества и стойкости офицеров и солдат, главным образом, методичностью всех распоряжений лиц командного состава дивизии, простотою, определенностью и ясностью задач, которые ставились полкам, батареям и батальонам, и хорошей связью.
[77]
Этот бой отличался полной солидарностью действий артиллерии и пехоты. Ряд донесений и извещений указывает на это.
Приводим несколько:
Командир роты I бат. 108 полка пишет командиру ближайщей батареи 2 дивизиона записку: «В полутора или версте от вас стоит батарея неприятеля. У нас ее очень хорошо видно, но точно указать место не можем; благоволите прислать своего разведчика с моим посыльным». Ответ командира батареи: «Сейчас».
Командир 5 роты 108 полка в 3 час. дня сообщает: «Пехота противника шагах в 800—900 от кладбища... необходимо обстрелять артиллерией цепа противника и красный домик». Он же в 5 час. 30 мин. пишет: «Необходимо артиллерией обстрелять пулемет у опушки леса и блиндированную пушку и окопы у домика, противник отходит в лес влево за дорогу и большими колоннами».
На эту записку имеется извещение командира 106 полка: «Артиллерия сейчас делает наводку для обстрела указанных вами целей. Противник на нашем правом фланге отходит».
Благодаря указанной связности и методичности действий, слабая по составу 27 дивизия (менее 8.000 штыков), потерпевшая всего лишь за три дня перед этим серьезную неудачу при переходе границы (при чем потеряла около 6.500 человек) и не имевшая ни одного тяжелого орудия, не только выдержала двенадцатачасовой натиск превосходных сил немцев, но частичным переходом в наступление развила свой успех, захватив поле сражения, серьезные трофеи и пленных.
[78]

{1}В 108 полку учавствовало в бою только три батальона; II был задержан ген. Епанчиным при штабе корпуса и присоединен к полку в ночь на 8/21 августа.
{2}Кирпичного завода—это 100 Островский полк 25 дивизии.
{3}Командир I бат. 106 полка.
{4}Вероятно, 21 и 61 полки.
{5}105 полк, почти целиком погибший в бою 4/17 августа, имел лишь 6 слабых рот.
{6}Подполк. Шилов руководил в этот день своей батареей, имея наблюдательный пункт в сфере ружейного огня противника, где и был смертельно ранен ружейной пулей в живот.
{7}В бою участвовало три бат., II был при штабе корпуса.
_________________
Нас и так слишком мало,чтоб между собой ругаться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Андре
Администрация

   

Зарегистрирован: 06.09.2011
Сообщения: 9286
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Вт Июн 17, 2014 21:55     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Часть I.
Обзор Гумбиненской операции.

IX. Действия. 40 пех. дивизии в бою 7/20 августа.

6/19 августа к вечеру 40 пех. дивизия передвинулась главными силами в составе 157 и 159 полков с 16 пушками и 6 гаубицами в окрестности д. Согинтен. Авангард в составе 158 полка, 16 ор. и 1/2 роты сапер и 2 отд. драгун стал у д. Качелекен, выставив к 10 час. вечера охранение от д. Вальтеркемен до д. Вальдаукадель (схемы №№ 7, 15).
Боковой отряд в составе двух батальонов 157 полка с 8 оруд. стал у д. Балюпенен.
Дивизия совершила все передвижения без соприкосновения где-либо с неприятелей. Раз'езды от эскадрона, приданного в качестве дивизионной конницы, доносили только о замеченных кое-где и быстро исчезнувших небольших конных партиях неприятеля. Ночь с 6/19 на 7/20 августа протекла тоже спокойно.
[78]
Около 3 час. ночи начдив 40 ген. Короткевич получил приказание ген. Епанчина, коему 40 дивизия была временно подчинена, «занять главными силами к 5 час. утра район Соденена».
Приказание это своей неясностью вызвало в штабе 40 див. недоумение, и в 4 часа ночи начальник штаба 40 дивизии запрашивает по телефону начальника штаба 27 дивизии: «Из присланной вами копии телеграммы ген. Чагина{1} не видно, в каком именно районе около Соденена должны укрепить позицию главные силы 40 пех. дивизии, т.-е. куда фронтом, а равно от какого до какого пункта. Не откажите срочно уведомить нас об этих данных. Ориентируйте, следствием чего является это новое положение».
Вместе с тем штабом 40 дивизии отдается войскам неопределенное приказание: «С 5 час. утра приступите к укреплению позиции у занимаемого вами пункта размером на ваши силы».
Правда, видимо после ориентировки соседнего штаба дивизии, командиру 159 полка в 4 час. 30 мин. ночи было отдано другое приказание: «Выслать к 5 час. утра два батальона в д. Соденен, где им приступить к. укреплению пози-ции фронтом на запад на шесть батальонов с тремя батареями».
В десятом часу немцы открыли артиллерийский огонь сначала по отходящему охранению, а затем по району Качалекен—Кубилен.
Приказание это не только не могло быть к 5 час. исполнено, но едва ли даже было командиром 159 полка к этому времени и получено.
Поэтому два батальона 159 полка прибыли в район Соденен лишь около 9 час. утра, и ко времени наступления немцев не имели достаточно времени ни окопаться, ни вообще организовать как следует оборону. С началом пере-стрелки в охранении они были подкреплены двумя батареями (1 и 3) и еще одним батальоном 159 полка, и весь отряд развернулся от левого фланга 27 дивизии через д. Соденен на д. Кубилен (схема № 15); при этом две роты 159 полка заблудились и попали к д. Варшлеген, где остались в боевом участке 108 п. Саратовского полка.
Так как 159 полку пришлось занять большой участок, то почти все его роты влились в боевую цепь.
В то же время бой стал развиваться и в соседнем 158 полку.
Уже с 4 час. утра здесь в IV бат., бывшем в сторожевом охранении на р. Роминте, началась ружейная перестрелка. К 8 час. утра обнаружилось наступление немцев,
[79]
переправившихся через р. Роминте, и охранение начало постепенно отходить.
В десятом часу немцы открыли артиллерийский огонь сначала по отходящему охранению, а затем по району Качалекен-Кубилен.
Командир 158 полка развернул бывшие у него три батальона (I, II и III) на высоте д. Кубилен, примкнув на севере к 159 полку. Артиллерия русских открыла огонь по наступавшим. IV бат., бывший в охранении, получил приказание отходить за левый фланг полка, сбился и оказался в районе правого фланга дивизии; лишь значительно поздней он продвинулся в район Крошельн.
Первый натиск немцев на 27 дивизию, имевший место между 9 и 10 час. утра, захватил и район д. Соденен, т.-е. участок 159 полка. Здесь видимо стала наступать часть 175 герм, полка.
Немцы открыли сильный огонь, артиллерийский, ружейный и пулеметный, наносивший значительные потери ротам 159 полка и сразу выведший из строя многих офицеров, распоряжавшихся в боевой линии, в том числе и командира I бат. (подп. Петропавловского).
В свою очередь и русские открыли энергичный огонь всех видов; двигавшиеся густыми цепями немцы стали постепенно таять и, не дойдя до русской линии, залегли.
В одиннадцатом часу утра на фронте 40 дивизии бой с обеих сторон принял характер огневого.
Положение 159 полка было видимо тяжелым, так как имеется записка штаба 40 дивизии командиру 159 п. п. от 10 час. 10 мин. утра, которая говорит: «Начдив приказал вам твердо держаться на занятой вами позиции».
Около 11 час. утра огонь германской артиллерии усилился; к 6—8 легким батареям присоединились 1—2 батареи тяжелых гаубиц.
Немцы несколько раз пытались сблизиться на дистанцию атаки, но всякий раз были останавливаемы огнем русских.
К 12 часам расположение 40 дивизии было таково:
а) правый боевой участок составили три бат. 159 полка с двумя батареями, которые занимали район д. Соденен;
б) левый боевой участок—158 полк с двумя легкими и гаубичной батареями занимали район Кубилен — Крошельн;
в) боковой отряд в составе двух бат. 157 п. с батареей занимал район д. Балюпенен;
г) в резерве были: два бат. 157 п. у д. Шепетшен и один бат. 159 полка у д. Согинтен.
Между 12 и 2 часами дня немцы, продолжая развивать сильнейший огонь, стремились выбить гурийцев (159 п.) из района Соденена, при чем здесь дело доходило местами до штыковых схваток.
[80]
159 полк был подкреплен своим последним батальоном, находившимся в дивизионном резерве, и упорно отстаивал каждый бугорок.
Чувствовался сильный недостаток патронов и в пехоте и в артиллерии.
Положение гурийцев облегчалось устойчивостью и огневой помощью соседа справа—27 дивизии.
В третьем чacy немцы повели свой последний удар на 27 дивизию и в связи с этим сделали вновь нажим и на 40 дивизию.
Нажим этот сначала был выражен сильней против 158 полка, при чем немцы появились даже против Балюпенена.
Здесь они встретили дружный отпор, и обход фланга им не удался; но в центре 158 полк не выдержал давления и стал подаваться назад. Затем не выдержал натиска и 159 п. и стал, в свою очередь, отходить, обнажив фланг 27 дивизии.
В 3 часа 45 мин. дня штаб 40 дивизии сообщает в 27 дивизию об отходе гурийцев и просит помощи.
Сам начдив 40 выдвинул на поддержку отходивших последние батальоны своего дивизионного резерва, действиями коих, а также участковых резервов, удалось сначала задержать отход, примерно, на линия Шепетшен—Крошельн, a затем и двинуть вновь боевой порядок вперед.
Командир 157 полка, бывший в дивизионном резерве, сообщил 8/21 августа об этом эпизоде: «По вашему приказанию был выслан в поддержку 159 полка четвертый бат., на который начали отходить не гурийцы{2}, а кутаисцы{3}, т. к. гурийцы подались влево и оказались третьим батальоном за нами».
Бой 7/20 августа был тяжелым и затих лишь около 8 час. вечера. В 9 часов вечера начдив 40 донес: «Бой длился больше 12 часов. Войска дрались стойко. Благодаря запасным происходили некоторые заминки, которые не будут иметь места в будущих сражениях, когда каждый исполнит свой долг до конца».
Осматривавший 8/21 августа поле сражения у д. Кубилен начдив 40 пишет: «Здесь был пехотный бой, много убитых и тяжело раненых лежит на поле сражения. Из немцев заметил человек 15—20, остальные русские, Немцы лежат в окопе, который они, повидимому, только начали рыть; русские разбросаны по всему полю. Между немцами на одной линии с рядовыми лежит лейтенант 129 полка с обнаженной саблей. Видимо, он перебежал во главе своей роты и, не успев окопаться, был убит».
[81]
С продвижением вперед части 40 дивизии захватили поле боя с большим числом раненых, брошенного оружия, повозок и другого имущества. (Схема № 9).
Пленные немцы принадлежали к 45, 129 и 175 пех. полкам, 33 фузилерному пол. и 17 пионерному бат.
Убитых на поле сражения немцев осталось более тысячи человек.
160 п. Абхазский полк 40 дивизии при вторжении в Пруссию был отделен от дивизии и отправлен южней через Роминтенскую пущу (схемы №№ 7 и 15).
6/19 августа он вышел из пущи, не встретив неприятеля, и заночевал в д. Роминтен. Утром 7/20 августа он был двинут на Вальтеркемен для удара во фланг немцам и содействия своей дивизии.
Около 12 час. дня отряд Абхазского полка подошел к д. Кяутен.
Северней и юго-западней в это время гремела артиллерийская канонада на фронте 40 и 30 дивизий.
Ближе была 30 дивизия, поэтому батарея, бывшая при 160 полку, выехала на позицию и открыла огонь во фланг немцам, наступавшим в это время против 118 полка.
Батальоны 160 полка развернулись на линии Гелешунен—Ешергален.
Появление 160 полка и открытие огня привлекло на себя часть немцев (I резерв, германск. корпуса) и облегчило положение правой колонны 30 пех. дивизии.
Однако командир полка Ливенцов не проявил достаточной инициативы и активности, и не развил немедленно энергичных действий в обход левого фланга германцев, что, несомненно, имело бы очень большое значение.
До 3 час. дня он оставался на месте, поддерживая лишь огонь.
Около 3 час. дня он почти одновременно получил два противоречивых приказания.
Из III арм. корпуса ему предписывалось энергично двинуться на север в обхват левого фланга немцев (XVII корпуса), наступавших против 40 русской дивизии.
Из IV корпуса начдив 30 ему приказывал атаковать левый фланг немцев, действовавших против 30 дивизии (I герм. рез. корп.).
Чувствуя затруднение в выборе цели действий, командир 160 полка, видимо, предполагал не исполнять ни одного из этих приказаний, а сохранять занимаемое положение, на что определенно указывают его дальнейшие распоряжения и донесения начдиву 30 о невозможности двигаться вперед.
[82]
Однако на время вывела из состояния пассивности 160 п. инициатива, проявленная командиром IV батальона, полк. Виноградовым, начальствовавшим левым боевым участком абхазцев.
Он, прочитав полевую записку начальника штаба 30 дивизии, случайно попавшую к нему ранее командира полка, немедленно двинул свой боевой участок вперед в направлении на Гавайтен.
Записка наштадива 30 гласила: «Бригада 30 див. наступает на фронт Зеберг—Кудерн; окажите содействие ударом в левый фланг немцев».
Полковнику Виноградову удалось сбить бывших на его пути немцев, и он стал охватывать фланг части, работавшей против 30 дивизии, и с боем успешно продвигаться вперед.
Командиру 160 полка, получившему о действиях полк. Виноградова донесение, ничего не оставалось, как поддержать его правильное решение.
Он выслал ему в поддержку справа, однако, только один батальон, а 51/2 рот с 2 пулеметами удержал на месте у себя в резерве.
Журнал 40 дивизии по поводу этого маленького наступления пишет: «Заметив наше движение, противник загнул свой левый фланг и, дав нам спуститься в открытую долину, открыл сильный ружейный, пулеметный и артиллерийский огонь. Батареи его были настолько хорошо укрыты, что нашей артиллерии не удалось открыть их. Несмотря на это, наши роты, поддерживаемые справа, заставили противника отступить».
С наступлением темноты командир полка полк. Ливенцов приказал своим выдвинувшимся вперед батальонам отойти обратно в район д. Кяутен.
Таким образом была парализована очень удачно проявленная полк. Виноградовым инициатива, и в то время, когда движение вперед 160 полка сильно затруднило бы спокойный отход немцам, оно было приостановлено.
40 дивизия понесла 7/20 августа следующие потери:
157 полк
4 оф.
67 сол.
158 полк
9 оф.
728 сол.
159 полк
14 оф.
1137 сол.
160 полк
3 оф.
83 сол.
40 арт. бригада
1 оф.
7 сол.
Всего
31 оф.
2022 сол.
Бой 7/20 августа для 40 дивизии явился совершенно неожиданным.
[83]
Части рассчитывали отдохнуть, а вместо этого им пришлось сражаться. Начдив 40 не почувствовал своевременно пульса завязывающегося боя и не был в достаточной мере ориентирован в обстановке, даже в отношении своих (160 пол. и 30 див.).
Результатом этого явилась боязнь за свой левый фланг, оттяжка к Балюпенену 2 бат. с батареей и нерешительность действий.
В делах не удалось найти не только общего боевого приказа по дивизии для этого боя, но даже вообще распоряжений, которые об'единяли бы усилия дравшихся частей дивизии в достижении одной ясно поставленной цели.
Результатом этого и явилась разрозненность действий частей 40 дивизии, приведшая их первоначально к пассивности, а затем и к частичной неудаче. Между тем, зная, что левому флангу дивизии в сущности ничто не угрожает, единственным правильным решением начдива 40 был бы энергичный переход в наступление к реке Роминте, с сосредоточением удара на Вальтеркемен.
Важную роль в сражении мог сыграть 160 полк, оказавшийся в исключительно выгодном исходном для боя положении.
Но начальник отряда абхазцев не оценил правильно обстановки и не принял нужного решения.
Отчасти в этом виновата двойственность подчинения, в которую он был поставлен распоряжениями высшего штаба.
[84]

{1}Начальник штаба арм. корпуса.
{2}159 полк.
{3}158 полк.
_________________
Нас и так слишком мало,чтоб между собой ругаться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Андре
Администрация

   

Зарегистрирован: 06.09.2011
Сообщения: 9286
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Вт Июн 17, 2014 21:56     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Часть I.
Обзор Гумбиненской операции.

X. Действия 30 дивизии 7/20 августа.

30 п. дивизия утром 6/19 августа заняла без боя г. Гольдап, где и осталась ночевать, выставив охранение от северного края озера Гольдап через д. Нидервиц до ст. Яблонкен, южней которой шло охранение 5 стрелковой бригады.
117 полку было приказано вечером выдвинуться вперед в район д. Гр.-Тракишкен, но за поздним получением распоряжения оно выполнено не было.
О неприятеле было известно, что он первоначально отошел из района, Гольдапа на северо-запад, а затем обнаружилось движение колонны около бригады пехоты с артиллерией с юго-запада на Вальтеркемен.
За ночь получено было извещение о боях в XX корпусе 6/19 августа, а с раннего утра 7/20 августа была слышна канонада разгорающегося сражения на фронте III корпуса.
Комкор IV ген. Алиев, не получая распоряжений из штаба армии и руководствуясь общим положением дел, совершенно правильно приказал на 7/20 августа 30 дивизии
[84]
наступать на Даркемен, а 160 полку от д. Роминтен на Вальтеркемен. (Схемы №№ 8 и 15).
Во исполнение этого начдив 30 ген. Коленковский 7/20 августа отдал приказ № 10, коим организовал марш своей дивизии в двух колоннах (Приложение № 13).
Правая колонна в составе 117, 118 полков, 24 орудий и 6 гаубиц должна была выступить в 101/2 час. утра от д, Куметшен и двигаться на Гавайтен — Вильгельмсберг — Динглаукен.
Левая колонна в составе 119, 120 полков и 24 орудий должна была выступить от г. Гольдапа в 10 час. утра и двигаться по шоссе на Даркемен.
Войска приступили к исполнению этих приказаний.
Около 10 час. утра ген. Алиев получил телеграмму командарма от 6/19 августа: «Армии 6 августа достигнуть главными силами линии Ушбален—Пусперн—Соденен—Гольдап—Грабовен. Завтра 7 августа оставаться на занятых местах. Короткевича временно подчиняю Епанчину. Шрейдера подчиняю вам, условием его бригада должна составить заслон против Летцена; стрелков притяните вперед направлении Грабовен, далее долиной р. Гольдап».
Распоряжение это расходилось с отданный уже 30 див. и 5 стр. бриг. и противоречило обстановке.
Оно было подписано командармом накануне, и ген. Алиев не должен был принимать его к буквальному исполнению.
Тем не менее, запиской от 12 час. дня за № 50 он приказал 30 дивизии приостановить наступление.
Начдив 30, ген. Коленковский, отдал соответствующее распоряжение и донес в 2 час. дня ген. Алиеву: «Отряды дивизии остановлю согласно приказания вашего №50. В д. Цодшен поставлю I бат. с пулеметами, если это удастся».
В то же время начальник штаба IV корпуса от 1 час. дня за № 52 передал и командиру 160 полка аналогичное приказание остановиться у Кяутен, извещая, что «по приказанию командующего армией корпус (IV) должен быть оста-новлен у Гольдап—Грабовен».
Все эти распоряжения отдавались, когда войска столкнулись с неприятелем, и, несомненно, оказали весьма неблагоприятное влияние на ход боя.
Первой столкнулась с немцами левая колонна. Едва она вытянулась из Гольдапа, как из передовых частей сообщили, что д. Мазутшен занята конницей, а затем и пехотой противника.
Левая колонна развернулась на высоте д. Вилькатшен и начала перестрелку. Попытки ее продвинуться вперед не увенчались успехом, но зато и она не позволяла немцам
[85]
развить наступление на Гольдап и удержала свой фронт до вечера.
Правая колонна 30 дивизии заняла передовыми частями в 11 час. 35 мин. утра 7/20 августа д. Курненен, при чем оттуда были выбиты раз'езды неприятеля.
Авангарду правой колонны удалось продвинуться на высоту д. Зееберг, на линии которой правая колонна развернулась и вступила в бой с наступавшим, в свою очередь, неприятелем.
В 1 час дня начдив 30 сообщает начальнику левой колоны: «Приблизительно на линии Курненен—Зееберг правая колонна завязала бой с противником. Судя по артиллерийскому огню, здесь 2 батареи. Если вас не задерживают, продолжайте движение, охватывая частью сил правый фланг противника».
После 2 час. дня немцы развернули не менее 4—6 батарей, в том числе и тяжелые, и повели настойчивое наступление.
В 3 часа 45 мин. ген. Коленковский доносит комкору: «Прошу о высылке двух батальонов с пулеметами, так как к неприятелю подошло подкрепление, и, он начинает теснить мой левый фланг; в резерве у меня осталось только три роты 117 Ярославского полка».
После 4 часов дня немцам удалось несколько оттеснить правую колонну 30 дивизии до линии Курненен—Анаберг—Пелудшен, на которой русские удержались.
Около 4 час. вечера штаб 30 дивизии сделал еще попытку притянуть себе на помощь левую колонну и 160 п. Абхазский полк, и просит их об оказании давления на фланги, наседающих немцев.
В это же время комкор IV, ген. Алиев, получил приказание командарма дерейти 30 дивизией в наступление против правого фланга неприятеля, атаковавшего группу III корпуса.
В 4 часа. 5 мин. дня он отдал начдиву 30 следующее приказание (№ 54): «Командующий армией приказал 30 дивизии немедленно перейти в наступление против правого фланга противника направлении Вальтеркемена.
30 п. дивизии приказываю немедленно атаковать противника на фронте Шестокен—Булиен. Абхазский полк, находящийся севернее озера Кяутен, подчиняется вам», (Схема № Cool.
Распоряжение это опять-таки не отвечало обстановке.
30 дивизия с утра была втянута в серьезный бой на линии Курненен—Вилькатшен, и распоряжения в отношении ее действий могли касаться только именно работы на этом фронте.
[86]
Впрочем, логика действительного хода вещей заставила ген. Алиева вскоре отдавать распоряжения более реальные, а именно, о спешном выдвижении 17 и 20 стрелковых полков с батареями в район Думбельн—Шлауген для поддержки колеблющегося положения 30 дивизии. (Схема № 9.)
В 7 час. 30 мин. вечера ген. Алиев телеграфирует: «На фронте Плавишкен—Шлауген неприятель напирает, посылаю подкрепление стрелковый полк и 2 батареи».
Одновременно ген. Алиев стал беспокоиться за левый фланг 30 дивизии и отдавать распоряжения ген. Шрейдеру для разведок в этом направлении, а также просить о том же и ген. Гурко.
Даже на другой день утром, когда отход противника с фронта выяснился вполне, ген. Алиевым была послана ген. Гурко следующая телеграмма: «Имеются положительные сведения о движении противника с артиллерией с запада на Юкнейтшен юго-западней Гольдапа. Прошу оказать содействие».
Бой на фронте 30 дивизии 7/20 августа продолжался до 8 час. вечера, когда немцы стали отходить на запад и северо-запад. (Схема № 9.)
30 дивизия и подошедшие для подкрепления ее части 5 стр. бр. заночевали на поле сражения в следующем порядке:
а) 1 бригада на фронте Пелудшен—Курненен—Анаберг—Юргайтшен,
б) 2 бригада на фронте Шлауген—Виль-катшен,
в) 17 стрелк. полк в д. Думбельн и
г) 20 стр. полк в д. Нидервиц.
Начдив 30 после окончания боя донес: «Бой был страшно кровопролитный. Потери в офицерах очень велики, в нижних чинах значительны».
Ген. Алиев послал в 10 час. вечера телеграмму командарму: «На 30 дивизию обрушились значительные силы; под вечер дивизия израсходовала все резервы. Подкрепил двумя полками стрелков. Пока держимся».
Преследование отходящих немцев организовано не было. Судя по пленным, убитым и документам, против 30 дивизии наступали части I резерв, корпуса (36 резерв. дивизии и 3 ландверн. бригада), а также 44 п. полк из 2 дивизии I корпуса.
30 дивизия 7/20 августа столкнулась неожиданно для себя с перешедшими в наступление немцами. Последним удалось небольшими относительно силами сковать значительную группу войск левого фланга I армии: 160 полк, 30 дивизию, 5 стрелк. и 1 кав. дивизию.
Энергичные действия этой группы в общем направлении на Даркемен имели бы весьма важные последствия и были
[87]
бы шагом к совершенному уничтожению германских частей, разбившихся 7/20 августа в лобовых атаках на III и XX русские корпуса.
30 дивизия в имевшем место встречном бою не сумела об'единить свои усилия. Каждая колонна оказалась ведущей самостоятельный бой, без какого-либо взаимодействия. Ни начдив 30, ни комкор IV армейского не отдали общих распоряжений для боя.
Начдив 30 в сущности потерял свою левую колонну, так как в 11 час. 30 мин. вечера 7/20 августа сообщает комкору, что «о Коломенском{1} и Серпуховском{2} полках пока сведений я не имею».
160 полк, который был ему временно подчинен, он тоже своевременно не притянул к полю боя.
Благодаря этому 30 дивизия не только не разбила немцев, но и сама заколебалась; а поздней, когда, немцы стали отступать — не организовала никакого преследования.
Комкор IV ген. Алиев первоначально отдал вполне отвечающее обстановке распоряжение о наступлении на Даркемен; но едва получил запоздавшую телеграмму штаба армии, как отказался от своего верного решения и предпочел формальную исполнительность.
Поздней, в 4 час. 5 мин. дня, он повторил то же, отдавая приказ атаковать несуществующего противника на недостижимом фронте Щестокен—Булиен для втянувшихся в упорный и не вполне успешный бой частей 30 дивизии.
Комкор IV, находясь в Гольдапе, несомненно, был ориентирован в ходе боя, который шел недалеко от штаба корпуса. Когда обнаружилась необходимость поддержать 30 дивизию, ген. Алиев вместо развития смелого удара 5 стр. бригадой прямо на запад и затем во фланг, наступающему противнику, распылил 5 стр. бригаду по полкам, стремясь подпереть кажущиеся слабыми места фронта 30 дивизии.
В результате 5 стр. бригада бродила, не принимая участия в бою.
Когда обнаружилось отступление немцев, ген. Алиев имея в своем распоряжении не бывшую еще в бою 5 стр. бригаду, не организует преследования, а начинает почему-то опасаться обхода, немцами своего фланга с юга, что сковало и его действия, и соседнюю 1 кав. дивизию.
Между тем, когда впоследствии, в ночь с 8/21 на 6/22 августа, был выдвинут для захвата г. Даркемена только маленький отряд из 1 роты, 1 эскадрона и 2 конных ору-
[88]
дий, то появление его заставило неприятеля бросить город и спешно отступать без боя; при чем, несмотря на обстрел со стороны русских двух орудий, артиллерия немцев, как сообщает донесение, «не снялись с передков, а продолжала поспешное отступление». В этом же донесении говорится, что на всей пути от Гольдапа до Даркемена лежали брошенные немцами их раненые.
Это указывает на поспешность отхода немцев из боя 7/20 августа и на то, как мало боевого усилия требует преследование вообще и какие богатые результаты дает преследование после боя.
[89]

{1}119 полк.
{2}120 полк.
_________________
Нас и так слишком мало,чтоб между собой ругаться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Андре
Администрация

   

Зарегистрирован: 06.09.2011
Сообщения: 9286
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Вт Июн 17, 2014 21:56     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Часть I.
Обзор Гумбиненской операции.

XI. Действия 5 стрелковой бригады и 1 кав. дивизии.

Приказом по 1 армии № 2 5 стрелковая бригада была подчинена начальнику 1 кавалерийской дивизии ген. Гурко.
Наштарм ген. Милеант, извещая об этом ген. Гурко 2/15 августа, указал, что задачей всего его отряда является обеспечение левого фланга армия и в частности с движением ариии вперед, выделение заслона к стороне крепости Летцен.
После боя 4/17 августа отряд ген. Гурко занял: а) 5 стрелковая бригада район Ковален—Бабкен, б) 1 кав. дивизия — окрестности д. Данилен, разведывая на Ангербург и Летцен. (Схемы №№ 6 и 7.)
5/18 августа стрелки сохранили занимаемое положение, а 1 кав. дивизия передвинулась в окрестности д. Вилькасен, выслав казачий полк в Олецко (Маркграбово.)
6/19 августа 5 стрелковая бригада была двинута вперед; к вечеру она без какого-либо сопротивления со стороны неприятеля заняла район Иоганисберг — Гр. Вронкен и выставила охранение по линии Браунберг—Яблонкен—Mapгиновен, войдя в связь направо с охранением 30 дивизии, а налево — 1 кав. дивизией.
1 кав. дивизия осталась на прежнем месте, продолжая разведку. Ночь в отряда ген. Гурко прошла совершенно спокойно; разведка указывала, что перед отрядом были только небольшие охраняющие и разведывательные части неприятеля.
Утром 7/20 августа ген. Гурко была получена телеграмма командующего армией от 6/19 августа следующего содержания: «Стрелковую бригаду подчиняю ген. Алиеву. Вам остается прежняя задача: обеспечения левого фланга армии и связь со 2 армией. Разведка на фронте Даркемен — Ангербург — Летцен. Сегодня вечером армии приказано занять фронт Ушбален—Содинелен—Гольдап... Завтра 7/20 августа остается на тех же местах».
[89]
Вскоре после этого, в 10 час. 20 мин. утра начальник 5 стрел. бригады ген. Шрейдер получил распоряжение комкора IV о том, что бригада назначается в резерв комкора и должна, оставив один полк в Гольдапе, остальными силами двинуться за правой колонной 30 пех. дивизии, наступающей с 101/2 час. утра от Куметшена на Гавайтен к Динглаукену.
Едва ген. Шрейдер выпустил свой приказ, чтобы приступить с 1 час. 30 мин. к исполнению распоряжения комкора, как им было получено новое приказание комкора IV от 1 час. 40 мин. дня за № 53: «Командарм приказал сегодня остановить армию на линии Соденен—Гольдап—Грабовен. Вам приказал составить заслон против Летцена, посему вам надлежит с тремя полками немедленно продвинуться в Грабовен, продвинув один полк в Гольдап, так как 30 дивизия прошла уже вперед, вследствие моего предыдущего приказания. 30 дивизии приказал остановиться авангардом на линии Говайтен — Иодсунен, но если она уже ввязалась в серьезный бой, то буду его продолжать. Возможно, что притяну и вас».
Около 4 час. вечера, однако, пришло новое приказание комкора: «Одному полку с 2 батареями двинуться немедленно на поддержку 30 дивизии, а прочие части без одного полка перевести в Гольдап».
В 6 час. вечера ген. Шрейдер извещает ген. Гурко: «3 полка с 3 батареями передвинуты в Гольдап, где будет ночевать и штаб бригады. 19 полк с одной батареей остается в Гр. Вронкене. Предполагается этот полк двинуть в западном направлении».
Поздней было получено приказание ген. Алиева двинуть еще один полк вперед для поддержки 30 дивизии. В конце-концов 5 стрелковая бригада, получившая в течение дня целый ряд отменяющих друг друга распоряжений, не принимая никакого участия в бою, оказалась к ночи, раздерганной по полкам: 17 полк и 2 батареи были в д. Думбельн, 20 полк—в д. Нидервиц, 18 полк и штаб бригады—в Гольдапе, а 19 полк с 1 батареей—в д. Скетшен. (Схема № 9.)
Обстановка в районе 5 стрелков. бригады и 1 кав. дивизий вечером 7/20 августа и утром 8/21 августа обрисовывается следующими донесениями:
1) Командира 17 стрелк. полка из Думбельна в 8 час. 40 мин. вечера: «Противник на фронте Плавишкен — Юргайштен и юго-зап. более чем на версту в полном отступлении. В 8 час. стихла наша канонада, немецкая раньше. Отсюда видна пыль 3 колони, не считая мелких частей, отходящих на з.-с.-з. Правей меня Шуйский и Ярославский полки про-
[90]
двинулись вперед, Остаюсь на ночлеге у д. Думбельн восточ. озера».
2) Командира 20 стрелк. полка п. Тарановского из д. Шлауген в 11 час. 25 мин. утра 8/21 августа: «С 71/2 час. утра нахожусь в Шлаугене и поступил под начальство полк. Корфа, который находится в Думбельне. 2 бриг. 30 пех. ди-визии наступает по шоссе вдоль полотна железной дороги из Вилькатшен—Куддерн на запад. Противник отступает на с.-з. Повидимому это его арьергард, артиллерия 30 дивизии преследует огнем. Пулеметы 20 с. п. обстреляли раз'езд противника».
3) Ген. Шрейдера 7/20 августа в 10 час. 40 мин. вечера: «Прошу, буде найдете возможным, сосредоточить бригаду в одном месте».
4) Ген. Гурко 8/21 августа: «Разведкой подтверждается отход противника на Летцен как от района, занимаемого мною, так и вдоль железной дороги Маркграбово—Летцен и Лык—Летцен. На этих путях видны следы биваков, окопов и засек. Раз'езд, доходивший до местности Видминен, уже противника сегодня в час дня не застал».
Утром 8/21 августа 17 и 20 стр. полки были выдвинуты на линию боевого расположения 30 дивизии и заняли ее средний боевой участок между 1 и 2 бригадой.
1 кав. дивизия ген. Гурко в течение 7/20 августа оставалась на месте, ограничиваясь разведкой, а 8/21 августа перешла в окрестности д. Ёзеркемен.
Таким образом в важный день общего сражения армии, 5 стр. бригада и 1 кав. дивизия участия в нем. в сущности не приняли. Участие же это имело бы весьма важные последствия, так как правый фланг немцев был слаб, а направление на Даркемен выводило не только на их фланг, но и в тыл. Несомненно, что энергичная работа почти двух дивизий в районе юго-западней 30 дивизии значительно увеличила бы благоприятные результаты Гумбиненского сражения.
Не случилось этого вследствие распоряжений комкора IV ген. Алиева, коему 5 стр. бригада была подчинена в этот день, и с которой 1 кав. див. согласовала свои действия.
У ген. Алиева не замечается проведения какого-либо плана в бою 7/20 августа. Он не знает, кто перед ним, и все боится за свой левый фланг. Он реагирует на случайные сообщения и стремится «заткнуть» воображаемые слабые места 30 дивизии; в результате, вместо того, чтобы использовать 5 стр. бригаду для удара на Клешовен, он распыляет ее и сковывает ее действия пассивными задачами и перемещениями в тылу войск, ведущих бой.
[91]

{1}119 полк.
{2}120 полк.
_________________
Нас и так слишком мало,чтоб между собой ругаться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Андре
Администрация

   

Зарегистрирован: 06.09.2011
Сообщения: 9286
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Вт Июн 17, 2014 21:57     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Часть I.
Обзор Гумбиненской операции.

XII.Заключение о сражении при Гумбинене.

Сражение при Гумбинене является одним из интереснейших сражений минувшей войны, так как оно развивалось в условиях встречного боя и в совершенно полевой обстановке; в нем приняли участие преимущественно кадровые полки с кадровым командным составом, и в нем выразились многие типичные черты и особенности армий русской и немецкой.
74.400 немецких штыков{1} с 408 легкими, 44 тяжелыми пушками, 224 пулеметами и 60 эскадронами вступили в борьбу на фронте от Краупишкен через Гумбинен до Бенкгейма (около 75 километров) с 63.800 русских штыков с 408 пушками, 252 пулеметами и 130,5 эскадронами, развернувшимися от Линденталя через Тракенен и до Грабовена (Приложение № 6).
Бой длился полтора дня.
Германцы действовали по приказу своего командующего армией, и у них все части, кроме ландверных бригад на левом фланге и 2 резервного полка на правой, приняли самое деятельное участие в сражении.
Командующий русскими силами ген. Ренненкампф назначил на 7/20 августа дневку. Характер боя выяснился для него поздно, и потому он влияния на ход сражения не оказал.
На русской стороне не приняли совершенно участия в сражении вся армейская конница (114 эск., 48 пул. и 54 оруд.) и 5 стр. бригада (8 бат. с. 32 пул., 24 оруд.).
Таким образом жестоко ошибаются немецкие писатели{2}, указывая на чрезвычайное превосходство сил русских в Гумбиненском сражении.
Русские были слабей{3} немцев и в числе штыков, и в числе легких орудий (т. к. 78 орудий у них не участвовало в бою); кроме того русские совершенно не имели еще тяжелой артиллерии, броневых частей к отвечающих требованиям авиационных частей, чем были хорошо снабжены немцы.
[92]
Тем не менее немцы 7/20 августа разбились о русских; они понесли весьма тяжелые потери и проиграли сражение.
Немецкий писатель Ниман говорит: „С утра наступление шло повсюду удачно. Вскоре, однако, центр (I и XVII корпуса) наткнулся на сильно укрепленную позицию главных русских сил. Наступление остановилось и обратилось в тяжелый, сопряженный с большими жертвами, огневой бой. Наиболее горячий и кровопролитный бой был восточней Гумбинена у Грюнвейчена. Попытки атаковать разбивались о смертоносный огонь могущественной (более, чем немецкая) артиллерии русских».
Мы видели уже выше, что русские были слабее немцев и что артиллерия немцев была могущественнее, а не наоборот. Столь же фантастична и «сильно укрепленная позиция» русских. У них не только не было 7/20 августа сильно укреппленной позиции, но не было никакой «позиции» вообще, а имелось лишь местами налицо преимущество более раннего развертывания.
Кажущиеся: «значительно превосходные силы» противника, „сильно укрепленная позиция" и „могущественная артиллерия" — это обычный симптом игры нервов проигравшего бой.
Проигрыш немцами сражения при Гумбинене выразился не только в поспешном и местами беспорядочном уходе их с поля битвы, с оставлением большого числа раненых, оружия и даже дивизиона артиллерии, но, главным образом, в решении командующего 8 армией ген. Притвипа очистить всю территорию до Вислы и увести свои войска за эту реку.
Немецкие источники сообщают, что в виду двойного превосходства врага в сражении при Гумбинене занятия русскими Лыка и движения их со стороны Млавы, а также невозможности растягивать более «усталые и понесшие огромные потери немецкие полки» ген. Притвиц решил, спасая живую силу, совершенно оставить Восточную Пруссию и часть Западной и уйти за Вислу.
Преувеличение русских сил и признание невозможности дальнейшей успешной борьбы с ними в Восточной Пруссии являются результатом проигранного немцами сражения при Гумбинене.
Тот же Ниман в другой своей книжке „Победы Гинденбурга при Таненберге и Ангербурге в 1914 г." старается доказать, что будто бы высшие стратегические соображения побудили немцев выйти из Гумбиненского сражения.
[93]
т. к. южная русская армия (2 ген. Самсонова) была опаснее для них и свела бы на нет даже победу над Ренненкампфом.
Рассуждения эти не выдерживают и легкой критики, так как, если бы они имели вес в глазах командующего германскими силами, то он и не начинал бы сражения при Гумбинене.
Раз же он его начал, и целью ставил разбить русских, а на самом деле к 4 час. 7/20 августа сам разбился, и части его начали отходить, а местами бежать в беспорядке под огнем русских и их контр-атаками — значит он сражение проиграл.
Проигранное сражение повлияло на его решение отойти за Вислу, а никак не „стратегические соображения".
Впрочем, прямым подтверждением моих слов является смещение ген. Притвица фон-Гафрона с поста командующего армией. Ведь смещают неудачно действующих и побежденных, а не наоборот.
Неправы немцы и в том, что разгром Ренненкампфа не имел бы для них значения, так как армия Самсонова все равно заставила бы их отходить.
Неправы потому, что неудача Ренненкампфа несомненно немедленно остановила бы наступление Самсонова, как это случилось с 1 русской армией после разгрома 2 русской армии.
Заслуживает замечания то, что успех русских 7/20 августа определился лишь во второй половине дня, а с утра на некоторых участках их фронта не было проявлено достаточной устойчивости.
На главном участке одна только 27 русская дивизия с первых же шагов боя не подалась совершенно назад под могучими ударами немцев, отчего Ниман и характеризует район против нее (д. Грюнвейчен) как наиболее тяжелое место сражения.
Конница ген. Орановского ушла из боя; 28 русская дивизия тоже отступила; 29 дивизия под влиянием событий у соседа должна была осадить свой правый фланг; в 25 дивизии авангардный полк был потеснен и вызвал временно неустойчивость положения; наконец и в 40 дивизии боевая линия временно осаживала.
Если бы немцы проявили 7/20 августа больше искусства в своей стратегии и тактике, то результат сражения мог бы быть иным.
Нижеследующая таблица, выведенная из таблицы, помещенной в Приложении № 6, дает возможность сделать в этом отношении некоторые небезынтересные выводы:
[94]
Соотношение сил в бою 7/20 августа:
НА ОДИН КИЛОМЕТР ФРОНТА ПРИХОДИЛОСЬ НА УЧАСТКАХ:

От Радшена до Сциргупенена (14 кил.).
От Сциргуп. до Соденена (8 кил.).
От Соден. до Вадьдаукаделя (7 кил.)
От Вальдаукаделя до Грабовена (28 кил.).
От Краупишкена до Грабовена (75 кил.).
Штыков
Русск.
1379
2113
1028
730
853
Немецк.
1486
1900
686
600
992
Пулеметов
Русск.
4,3
6,0
3,4
2,8
3,4
Немецк.
6,3
5,3
3,4
1,5
3,0
Орудий
Русск.
9,8
10,5
6,6
3,6
5,4
Немецк.
14,3
15,0
5,7
2,0
6,0
Эскадронов
Русск.
0,2
1,2
0,1
0,9
1,7
Немецк.
2,8
0,8
0,2
0,3
0,8
Все поле сражения может быть подразделено на 5 участков: а) два фланговых: Краупишкен—Радшен (18 километров) и Вальдаукадель—Грабовен (28 километров) и б) три центральных: Радшен—Сциргупенен (14 километров), Сциргупенен— Соденен (8 километров) и Соденен-Вальдаукадель (7 километ-ров).
На фланговых участках немцы выдвинули вполне достаточные, хотя и второстепенного значения, силы, чтобы нейтрализовать здесь силы русских.
На центральных участках немцы желали нанести решительные удары на фланги русских: так говорят и немецкие писатели, так показывали пленные и, наконец, так диктовала здоровая стратегия.
На самом же деле главный свой молот (8 полков XVII корпуса) немцы направляют на средний из центральных
[95]
участков (Сциргупенен—Соденен), где у них работало на 1 километр 1900 штыков, 15 пушек и 5,3 пулелета, тогда-как на южный из центральных участков, где легко было осуществить охват русских, они направляют на 1 километр только 688 штыков, 5,7 пушки и 3,4 пулемета.
Таким образом, желая нанести главный удар русским в их левый фланг, немцы фактически бьют в центр и притом в дивизию (27), предупредившую их в развертывании, оказавшуюся в этот день в лучших условиях управления.
На северный из центральных участков немцы направили на 1 километр 1486 штыков, 14,3 пушки и 5,3 пулемета.
Здесь идея давления на правый фланг русских была выражена определенней и дала вначале хорошие результаты (неудача 28 русской дивизии), но для развития успеха и здесь оказалось сконцентрировано недостаточно сил.
Не может быть сомнения, каковы были бы результаты, если бы на крайних участках центральной группы были немцами назначены в два и даже в три раза большие силы, за счет ослабления средней группы (Сциргупеиен—Соденен).
XVII корпус всю ночь маршировал, и части его, крайне утомленные, без отдыха были пущены в серьезный бой. Направление наступления дано войскам косое — с юго-запада на северо-восток (примерно: 36 дивизия Даркемен—Грюнвейчен—Иоанасталь и 35 дивизия Кисельн—Пликен—Сциргуценен).
Это при условии, что часть русских дивизий успела занять фронт на запад, повело к тому, что немцы при наступлении подставляли себя, под косой обстрел русской артиллерии и пулеметов, чем и объясняются отчасти большие жертвы полков XVII корпуса.
Теперь обратимся к тактике.
Немцы наступали 7/20 августа без достаточной разведки, густыми цепями, местами почти колоннами со знаменами и пением, без достаточного применения к местности; там и сям виднелись гарцующие верхом командиры. Немецкие батареи выскакивали открыто, а дивизион 36 дивизии вынесся у д. Рибинен на глазах у стойко державшегося 108 русского полка, в 1200 шагах от его цепей.
Поддержки немцами не были использованы для давления на фланги неприятеля, и вливались в уже расстроенные и расстреленные части; вследствие чего создалось перемешивание частей, вырывавшее, очевидно, из рук командного состава возможность порядочно управлять. Это перемешива-ние усиливалось еще там, что в районе XVII корпуса оказались, не успевшие, видимо, присоединиться к своим, части I герм. корпуса.
[96]
Огонь не только ружейный, пулеметный, но и артиллерийский не был достаточно использован немцами, и русские несли от него небольшие потери.
Вот причины, которые повлекли, несмотря на превосходство в силах и мужество, проигрыш немцами сражения.
Причины эти вытекали из проявленной немцами в этот день недостаточной грамотности как в стратегии, так и в тактике, имевшей место, надо думать, вследствие пренебрежения к врагу.
С «ордами» из Скифии можно было позволить не утруждать себя строгими предписаниями военной науки, а «ломить с плеча», и так стряхнуть их обратно в их степи.
Однако знание и наука дают хорошие результаты не тому, кто взял на них патент, а лишь тому, кто умело на самом деле применит во-время и к месту их выводы и законы.
Наука всегда наказывает за пренебрежение к ней. Она и наказала немцев 7/20 августа, главным образом, за их высокомерие и самонадеянность.
То-есть, за те качества, которые после четырех лет, войны толкнули немцев на Брестский мир и повели к гибели их могучее еще так недавно государство.
Талант вновь назначенного командующего 8 армией (германской) фельдмаршала Гинденбурга спас немцев от необходимости очищать, как было предположено смещенным Притвицем, Восточную Пруссию, но он не мог уже предотвратить громадных по важности последствий проигранного немцами сражения при Гумбинене.
Дело в том, что Гумбиненская неудача вызвала переброску с французского фронта на русский двух германских корпусов (XI и гвардейского резервного) и 8 кавалерийской дивизии, всех из армий, сражавшихся на Марне.
Это крупное ослабление немцев не могло не иметь большого значения в сражении, решавшем судьбу Парижа.
Французы должны бы это понимать и помнить эту помощь русских.
Кто знает, не Гумбиненское ли сражение помешало императору Вильгельму осуществить его молниеносный удар на Францию и явилось таким образом первопричиной «затяжной» войны и окончательного поражения императорской Германии{4}.
[97]
Какие же выводы надлежит сделать о действиях русской стороны?
Гумбиненское сражение для русских было в полном смысле случайным.
Командующему, армией не пришлось проявить никакого влияния на ход его.
Поэтому в действиях русских 7/20 августа нельзя заметить общего плана.
Армейская конница не только участия в бою не принимала, но и не разведывала достаточно удовлетворительно, почему русские корпуса двигаются в «темную».
Комкор XX ген. Смирнов составляет себе план действий корпуса, основанный на воображаемых данных. Но начальник 28 дивизии ген. Лашкевич не выполняет и этого плана, который был во всяком случае лучше, чем автоматическое выдвижение вперед правофлангового (109) полка, повлекшее затем к неудаче 28 дивизии.
Комкор III ген. Епанчин назначает рубеж для своего корпуса, но приказания его недостаточно определенны, а в конце боя, под влиянием сведений из XX корпуса, он прекращает преследование победоносными войсками своего корпуса, чем значительно сокращает результаты выигранного сражения.
Комкор IV ген. Алиев, единственный из русских начальников, имевший порядочный перевес в силах над немцами в своей районе, не сумел организовать решительного удара в слабую точку бывших против него резервных и ландверных частей и потому не принес пользы, которая могла бы быть очень велика.
Про русскую сторону можно сказать, что здесь был отдельный бой начальников дивизий: где лучше управляли начдивы, там войска дрались хорошо и имели сразу же успех.
Неудача же 28 дивизии и неполные результаты выигранного русскими сражения должны быть отнесены к недостаточному умению русских вести встречный бой.
[98]

{1}Русские силы подсчитаны документально; германские с принятием батальона в 800 штыков. Немецкий писатель Ниман указывает, что число бойцов в немецкой армии было 100.000, что превосходит на 25% расчеты автора.
{2}Ниман, Емануель и другие.
{3}Смотри Приложение № 6 и таблицу в тексте ниже.
{4}Немецкие газеты того времени отразили всю громадность паники, распространенной в Германии беженцами из Вост. Пруссии после сражения при Гумбинене. То же отразили вполне письма участников боя, подобранные русскими на путях к Кенигсбергу. Совершенно очевидно, что решение Притвица уходить за Вислу отразило лишь общественное мнение и, в частности, мнение участников Гумбиненского сражения.
Адмирал Тирпиц в своих воспоминаниях 1920 г. на стр. 261 говорит: "В главной квартире (ГерманскойSmile осенью 1914 г. господствовало мнение, что кампания против Франции удалась бы, если бы налицо были два корпуса, которые требовал генштаб еще 1911/12 году". Майор германского генштаба Карл Хоссе в брошюре 1917 г. "После трех лет войны", на стр. 15 пишет: «Численное превосходство, бывшее у французов и англичан уже до Марнской битвы, обострилось вследствие перевозки сил на восточный фронт. Вторжение русских в В. Пруссию поставило высшее гер. командование перед вопросом; можно ли русским предоставить дальнейшую свободу наступления, которое они быть может доведут до Берлина».
_________________
Нас и так слишком мало,чтоб между собой ругаться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов НОВИК -> Сражения первой мировой войны Часовой пояс: GMT + 3
Страница 1 из 1

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах



Powered by phpBB © 2001, 2005 phpBB Group
subGreen style by ktauber
Вы можете бесплатно создать форум на MyBB2.ru, RSS