Список форумов НОВИК НОВИК
Нижегородское Объединение Военно-Исторических Клубов
 
 FAQFAQ   ПоискПоиск   ПользователиПользователи   ГруппыГруппы   РегистрацияРегистрация 
 ПрофильПрофиль   Войти и проверить личные сообщенияВойти и проверить личные сообщения   ВходВход 

пленные немцы в дзержинске страницы истории

 
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов НОВИК -> разговоры обо всем
Предыдущая тема :: Следующая тема  
Автор Сообщение
Игорь
ст.сержант
ст.сержант

   

Зарегистрирован: 05.09.2011
Сообщения: 764
Откуда: Дзержинск

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 21, 2018 21:28     Заголовок сообщения: пленные немцы в дзержинске страницы истории Ответить с цитатой

Товарищи форумчане как патриот своего города размещу несколько статей о прибывании пленных немцев в г.Дзержинске и окрестностях.




Пятнадцать лет тому назад в июне в городском краеведческом музее состоялась необычная презентация. Бывший немецкий пленный, летчик-радист Клаус Фритцше сбитого весной 1943 года над Каспийским морем фашистского самолета-бомбардировщика, представил свою книгу на русском языке «Цель - выжить. Шесть лет за колючей проволокой». Вовсе не случайно воспоминания автор презентовал в г. Дзержинске.




Полвека спустя он навестил места, где провел два последних года своего шестилетнего заключения в русском плену (1943-1949 гг.). Старожилы помогли отыскать ему расположение бывшего земляночного лагеря «Пыра на торфу». Там не было капитальных строений - место определили лишь по едва заметным рядам аккуратных холмиков кладбища военнопленных да по двум чудом сохранившимся могилкам с памятниками в ржавых оградах.
В одной из них был предан земле совсем юный Вилинхоф Ханс Вальтер, французский солдат, судя по датам на табличке, шестнадцати лет от роду...





Более 500 немецких пленных остались лежать там навсегда. За зиму около тридцати процентов списочного состава гибли от тяжелой работы и физического истощения. Следующим лагерем Клауса был № 469/3 на заводе № 96 «Заводстрой» («Капролактам»).


Необычна судьба немецкого гостя, всей душой полюбившего в годы плена русскую девушку Жанну из г. Горького, русский язык и русскую культуру. «Шесть лет плена сделали меня интернационалистом,- рассказывал автор. - Я родился «в рубашке», и это чистая правда. Когда учился в антифашистской школе лагеря № 165, познакомился с одной гадалкой. Не церемонясь, села возле меня, взяла руку и с интересом посмотрела на раскрытую ладонь. «Эх, - говорит она, - какая у тебя линия жизни интересная. Жить тебе ровно сто лет!...»


Годы в России оставили незабываемые впечатления. Во мне жива тоска по просторам страны, где небо намного выше, а облака намного больше, чем на моей родине...»

Недавно, в начале мая, Клаус Фритцше отметил 92-ю годовщину своего рождения. Цыганка не слукавила: век бывшего заключенного «лагеря на торфу» продолжается.

Станислав Шальнов
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Гесс
мл.лейтенант
мл.лейтенант

   

Зарегистрирован: 18.09.2011
Сообщения: 1441
Откуда: Н.Н.

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 21, 2018 21:53     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Очень интересно.
_________________
Jedem das Seine
То, что не убивает нас, делает нас сильнее
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игорь
ст.сержант
ст.сержант

   

Зарегистрирован: 05.09.2011
Сообщения: 764
Откуда: Дзержинск

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 21, 2018 21:54     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой




Claus Fritzsche

Воспоминания Клауса Фрицше на русском языке:

"Цель— выжить. Шесть лет за колючей проволокой"

- Я 1923-го года рождения, перед войной получил образование в гимназии. Система образования в
Германии тогда была следующая: так называемая «основная школа» (там 8 лет учились), средняя
школа – 10 лет, и гимназия – 12 лет. А переход – после 4-го класса основной школы. Шли учиться,
начинали обучение, с 6-ти лет. Когда 14 лет – это 8-летка, потом 16, и потом 18. И призывной возраст
был – 18 лет. Я пошёл добровольцем, когда мне было ещё 17. Добровольцы могли идти раньше. Для
меня было очень важным то, что тогда доброволец имел право выбрать род войск, где хочет служить.
У нас было 2 класса: реальный и гуманитарный. Эти гуманитарные устроили собрание, чтобы решить
вопрос: или добровольцем, или по принуждению. Они решили добровольно не брать в руки винтовку. У
нас – вопрос стоял совсем другой. В каком роде войск шансы выжить – бОльшие? В военно-воздушных
силах. Наш класс был – 22 человека, и 17 пошли добровольцами в части связи. А гуманитарные – шли
в пехоту, артиллерию и т.д. Всегда туда, где железа побольше. Их было тоже 22 человека в классе, а
вернулось 5. А из нашего класса – наоборот: погибло 5!
- Когда Вы пошли добровольцем в армию?
- 3-го мая 1941-го, после окончания гимназии. Экзамены нам «подарили». Мы получили дипломы
готовности к высшей школе.


- 1939-й год, осень... Как Вы восприняли известие о начале войны?
- Отец был солдатом в Первой мировой войне, воевал во Франции, у него только одна нога. За
мужество перед врагом он был повышен до лейтенанта. Он жил в очень простых условиях. Воспитание
дома было солдатское – и, думаю, что это не очень плохо: у меня и пунктуальность, и другие такие
характеристики. Война, по рассказам отца, была своего рода спортом с большим риском. Я смотрел на
начало войны в 1939 году. Польша, Дания, Норвегия… один из моих братьев пошёл в нападение на
Норвегию.
Франция – 1,5 месяца… Югославия, Греция, Крит – это были такие успехи! И я убеждён, что против
Гитлера в этот период у нас было не больше 10%. Это моё убеждение, и я думаю, что я прав в этом.
Переворот пришёл только после Сталинграда.
- Что Вы знали об СССР до войны, какое было отношение?
- У меня насчёт этого – особое положение. Исключительным хобби моего отца была Красная армия. Он
собирал все возможные информации с фотографиями и техническими характеристиками. О танке
Кристи – у меня было понятие уже в 15 лет. Русские купили у американцев этот патент ходовой части
танка Кристи – и построили успешные танки, у которых ходовая часть была намного лучше, чем у наших. Это одна сторона.

Кроме того, я читал книги Двинера [Так у автора. – Прим. ред.]. Он воевал среди белых, побывал на
Украине во время большого голода и описывал, что там было. Никаких симпатий к коммунистам у нас
не возникало. Отец состоял в правой партии, ещё правее нацистов: партия помещиков и крупных
предпринимателей, у них была такая боевая группировка – и там отец был командиром дивизии, хотя и
с протезом… и – он ездил на лошади!
- В 1939-м году заключили Пакт о ненападении. Как это воспринималось
обществом?
- Никто не понял, зачем заключать договор с такой страной, которую вообще не уважали и считали, что
они никогда не будут выполнять условия этого договора. Больше половины населения – просто не
поняли. Этим предметом я занимаюсь теперь. Зачем Сталин заключил этот договор? Для того, чтобы
Гитлер имел свободную спину для нападения на Польшу. Из-за этого Сталин является одним из виновных во Второй мировой войне.

- Антисоветская пропаганда у Вас – была? В СССР – была очень серьёзная
антифашистская пропаганда…
- Она в какой-то момент затихла. Обновилась – с началом войны.
- На чём она строилась? Что это – жидобольшевизм и красные, которые хотят
напасть на Вас?..
- Помню самый страшный плакат: комиссар, рожа такая страшная… и кинжал, с которого капает кровь.
Комиссары для нас были – не люди.
- Когда появилось ощущение, что будет война с Россией, с СССР?
- А никакого ощущения не было. Все врасплох были взяты. Как раз только что мы заняли Грецию – и
никто не додумался, что через 4 недели начинается война на Востоке. Это чудо, как быстро прошёл
этот поход и как быстро вернули все эти ударные дивизии туда, к Вашей границе.
- А как Вы восприняли начало войны с СССР?
- В конце июня я получил отпуск и с отцом поговорил по этому вопросу. Он сказал, что теперь мы проиграли эту войну. Я не хотел в это верить. Моя цель была – стать инженер-офицером военновоздушных
сил. Это было моё давнее желание, потому что, будучи инженер-офицером, я мог получить все лицензии.

- Когда у Вас появилось желание летать?
- Когда мне было 9 лет. Мы были на морском берегу – и там был авиационный завод, они выпускали
летающие лодки… там я очень близко мог подойти и смотреть, как поднимаются самолёты. С этого
момента было ясно, что я стану пилотом.
- Какая была процедура обучения пилотов в Германии? Аэроклубы? Как люди
становились пилотами?
- Аэроклубы были только по планерному делу. Люди могли туда попадать с 18-ти лет. Но это было
сложно.
- Давайте про мирное время перед войной…
- В мирное время мы знали, что на советской стороне обучают пилотов прямо на таких самолётах, на
которых нужно воевать. А у нас сначала шло чисто лётное обучение на лёгких, потом на более тяжёлых – и, смотря, как учащийся владеет техникой полета – в результате его брали или в
истребители, или в бомбардировщики.

- Это делалось в аэроклубе?
- Нет. В аэроклубах были только планеры, а дальше – училище. Были даже какие-то приватные
училища. У нас обучение военного боевого пилота длилось минимум 2 года, пока его не допускали до
войны… и тот факт, что некоторые из наших асов на счету имели 300-350 воздушных побед объясняется только тем, что обучение Ваших пилотов было слишком скорым.

- У Вас была в семье машина?
- Да.
- Питание – какое было? Что обычно было на столе в Вашей семье?
- Суп. Отец его любил, как учитель деревенской одноклассной школы. Все годы с рождения – и он, и я
провели в одном помещении. Он получал 350 марок, рабочий тогда же – в среднем 120. Цены были абсолютно другие тогда. Разница была, но не настолько большая, как сегодня.

- Вы жили хорошо или даже очень хорошо?
- Недостатка ни в чём не было.
- В мае Вы пошли в школу добровольцев, попали в школу радистов, затем началась
война с СССР… как это было воспринято Вашими одноклассниками?
- Солдаты не говорят, о чём думают. Нельзя сказать, кто доволен, а кто нет. Все товарищи в моей
группе были довольны.
- Партийный контроль?
- Никакого контроля партии! Партия не имела влияния. Солдаты не имели права участвовать в
выборах. Военная часть общества тогда была исключена из политики. Только после 22-го июня 1944-го
года – ввели СС, комиссаров.
- С началом войны – образ жизни Германии поменялся? Достаток, количество
продуктов и т.д.?
- До 1943-го года недостачи продовольствия ещё не было. Хорошо организовано было по карточкам, так что люди могли жить.

- Карточки – когда ввели?
- С первого дня войны.
- 1939 год или 1941?
- 1939.
- На что именно?
- Мясо, масло, сахар. Но в ресторанах всегда были бескарточные меню. Во всяком случае, в
офицерской школе, в которой я был с начала января до конца марта 1943-го года, мы учились, как в
университете, свободно по вечерам ходили в город – и ели по бескарточному меню, потому что хоть и
всего хватало в военном городке, но вкус был не тот, поэтому мы пользовались любыми
возможностями улучшить питание.

- Вот немецкая армия подступает к Москве. Как это воспринималось? Как
должное?
- Трудно дать однозначный ответ. Каждый принимал это по-своему…
- Вы лично как воспринимали?
- С удивлением и восхищением: за три месяца – 3 000 000 пленных!
Я очень уважаю Резуна. И я просто не понимаю: все эти «антисуворовы» критикуют какие-то очень
неважные детали, но стратегический принцип, что все ударные войска, все средства, боеприпасы, всё
было сосредоточено на очень узкой полоске у границы – то была жуковская стратегия, которую он с
успехом до и после всегда использовал! И нет ничего хуже, чем нападение на неготовую
развёртывающуюся армию.
- Как Вы восприняли поражение под Москвой?
- Страшно, ужас!
- Это и вправду было для Вас неожиданностью?
- На этот вопрос давать ответ очень трудно…

- Зимой 1941-1942 из Вашей школы не направляли пополнение в пехоту?
- Нет. Один Юнкерс-86 из нашей школы отправили для снабжения Демянска. Я тоже пытался попасть
на фронт…
- Писали заявление?
- Да!

- Каков был Ваш мотив? Защищать страну – или будущие привилегии
фронтовика, когда война закончится?
- Как солдат, я имел такую цель: стать инженер-офицером.
- Какая была мотивация? Чего именно хотелось?
- Солдата никто не спрашивает, какие у него мотивации. Ему приказали – и иди умирай.
- Но заявление-то Вы писали добровольно? Чего хотелось?
- Мы знали, что – или добровольно, или недобровольно – но мы должны!
- И лучше идти добровольно?
- Да. Если добровольно – это гарантия выбора рода войск, а это было самое важное для меня.
- Война продолжается. 1942-й год, победа на Кавказе, выход к Волге, в Африке тоже
всё хорошо, Япония с Вами… была ли у Вас тогда уверенность, что всё будет
гладко?
- Конечно. 1942-й год был ещё победоносный, зато как только начался 1943-й...
- Каким Вам лично виделся конец войны? А вообще немецким военнослужащим?

- Два солдата обсуждают, что сделают после конца войны: один говорит, что он сделает на велосипеде
тур вокруг всей Германии, а другой спрашивает, где тот будет ночевать? Ведь всё же разбито! А первый
отвечает, что это неважно, так как уже вечером он будет опять дома…
- Известно, что в 1943-м году у служащих Вермахта произошли кардинальные
психологические изменения. В чём их причина?
- Я с этим явлением встретился в первом лагере, где жили остатки одной колонны пленных румын и
немцев… 5000 человек, и всего 150 здоровых… они мне рассказали, какими нечеловеческими были их
последние бои в окружении и марш пешком из Сталинграда в Астрахань.
- Я имею в виду – что произошло с людьми психологически? Как все вдруг поняли,
что война проиграна?
- Никто себе не представлял, что будет, если мы проиграем войну.
- Но, тем не менее, весной 1943-го года с Вашими произошёл этот внутренний
надлом. Наши ветераны массово утверждают, что с 1943-го года немец стал «не
тот».
- Последний шанс проиграли в Курской битве. Там советская армия показала, что значит оборона. Вы
слишком задержались с применением того, чему научились в Финляндии. Ваши войска были настолько
умно расположены, что наши просто не имели никаких шансов…
- Когда Вы прибыли в сотую эскадру – какие там царили настроения?
- Эти летчики, встречаясь ещё 40 лет после войны, в разговорах всё время продолжали играть в войну.
Лётчик имеет совсем другую военную перспективу, чем прочие. У нас – это вроде спорта, но с
бОльшим риском. Помните, откуда цитата? Этим риском все считают ежедневные вылеты. Ежедневно
каждый летает и ежедневно рискует быть подбитым и умереть. 50% на 50%.
Лётчики не видят, как их товарищи умирают. Когда не возвращается самолёт с командой – у остальных
вечерком бокал шампанского, одна минуту стоя – и всё.
- Я не помню из книги: Ваш брат – он в итоге прошёл войну?
- Прошёл. Он закончил её таранщиком. У нас появились специальные таранщики в конце 1944-го года.
Служили на старых истребителях Ме-109. Они вообще не имели боеприпасов: для того, чтобы повыше
подняться облегчёнными. Ну а потом их цель была – таранить. В один день поднялось 350 таких
таранщиков, соприкосновения с врагом достигла половина, и из этой половины опять половина была
сбита. Всего 17 моторов [Имеется в виду – буквально: т. к. самолёты делились на одномоторные,
двухмоторные и т.д. – Прим. ред.] подбили тараном, то есть почти совсем без эффекта.
- Брат – не таранил?
- Нет. Он поднялся до 11 000 метров. Это граница возможного без герметичной кабины. Там – потерял
сознание. Очнулся уже на высоте 2000 метров и сел назад на свой аэродром, который был под ногами.
Это не было подвигом. Больше его не пускали в самолёт, а в пехоту ему оттуда уже не удалось попасть.

- Повезло…
- И он, и мы все – тогда считали наоборот. Когда он вернулся – я его поздравил, но это было для него –
всё. Финал военной карьеры.
- Что входило в Ваши обязанности стрелка-радиста?
- 13-миллиметровый пулемёт и рация. Но пользоваться ею нам не разрешалось, потому что русские
радисты очень быстро всё перехватывали. Они были очень высокой квалификации. Поэтому навигация
шла по радиомаякам: «сели» на один луч, потом на другой, справа столько-то, слева столько-то...
- У Вас есть опыт стрельбы по воздушным целям?
- Очень бедный. Я только один раз стрелял с лёгкого самолёта в сторону – и один раз вперёд и вниз.
- Когда Вы летали – во что были одеты?
- Нормальная форма, а поверх – комбинезон. Было и зимнее обмундирование: зимние сапоги, пальто,
шапка.
- Лётно-технический состав – относился к лётному?
- Жили – вообще в других зданиях, в другом городке.

- Если бы в советском плену начали формировать боевые части – то нашлось бы
достаточное количество немцев, готовых участвовать там на стороне Красной
армии?
- Я об этом даже думать не хотел. Это был бы ужас. И, в конце концов, ведь были такие планы, когда в
антифашистской школе в 1944-м году некоторых из наших приписали к Советской армии, будто они в
ней служат! Что они там делали – не знаю, но по-моему – всё это была чудовищная идея.

Интервью: А. Драбкин
Лит.обработка: А. Рыков
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игорь
ст.сержант
ст.сержант

   

Зарегистрирован: 05.09.2011
Сообщения: 764
Откуда: Дзержинск

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 21, 2018 22:01     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Клаус Фритцше страничка в Википедии.

https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A4%D1%80%D0%B8%D1%82%D1%86%D1%88%D0%B5,_%D0%9A%D0%BB%D0%B0%D1%83%D1%81
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игорь
ст.сержант
ст.сержант

   

Зарегистрирован: 05.09.2011
Сообщения: 764
Откуда: Дзержинск

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 21, 2018 22:32     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

DAS ZIEL — ÜBERLEBEN: Sechs Jahre hinter Stacheldraht (2001)
Цель — выжить. Шесть лет за колючей проволокой


Глава 7: Пыра на торфу.

Весна - лето 1945 г.

Неожиданно получаю приказ: "Взять вещи, направиться к проходной рабочей
зоны!" Там собралась группа военнопленных "первой категории", исключительно
немцы. Это положительный факт, ибо в этом крупном лагере могли бы набрать
смешанную команду из представителей всех наций Европы.
Многие из собравшихся были знакомы мне: командиры батальонов и рот,
бригадиры, повара, хлеборезы, дровоколы - одним словом, "богатыри" по
физическому состоянию. Всего около 100 человек. Сопровождаемые конвоирами во
главе с офицером отправляемся в путь. Направление знакомое - на юг, там
расположена железная дорога. В четвертый раз пешком отмеряю дорогу до города
Вязники. Там сажают в специально выделенные для нас пассажирские вагоны.
Поезд идет на восток, и после непродолжительной поездки приказывают выйти на
станции города Дзержинска. Далее двигаемся пешком на север. Никто не знает,
зачем и куда. Конвоиры молчаливы, как мертвые.
Углубляемся в лес, вдруг видим - на поляне маленькая деревушка, а за
ней торчат вышки. Только с совсем небольшого расстояния выясняется, какого
рода этот лагерь: земляночный. Нам, привыкшим к двухэтажным корпусам с
большими окнами, попасть в землянки - первый страх. Зашли в зону, видим
своих земляков, и с еще большим страхом осознаем: исключительно дистрофики.
Ясно теперь, почему из центрального лагеря выслали сотню "богатырей":
состав пленных изнурен до предела и требуются новые запасы для укрепления
трудового фронта. Но какого рода этот фронт? Слышится слово ТОРФ, а никто из
нашей группы не имеет представления о том, что означает "работа на торфу".
Но пока всех вновь прибывших загоняют в пустую землянку на карантин. Две
недели заключения в загороженной колючей проволокой карантинной зоне.
Занятий нет, целый день сидеть на нарах или ходить вдоль и поперек небольшой
площадки отведенной нам зоны. Имеют место первые разговоры с представителями
основного состава лагеря - криком на расстояние 20 метров.
Слухи неутешительны: 30 % начального состава погибло за пять месяцев
зимы, работа исключительно тяжелая, а самоуправление лагеря в руках кучки
сербских четников (служивших добровольцами в СС) и румынов, которые
"блатуют" с командным составом МВД, сообща занимаясь кражей и
разбазариванием как продовольственных продуктов, так и обмундирования
погибших, которых похоронили нагими. Из немцев ни один не владеет русским
языком. Жаловаться некому. Около 80% немецких пленных - дистрофики, и
работать на укладке рельсов на торфу под гидромониторы никто из них уже не
способен.
Среди вновь прибывших есть богатыри не только по физической
конституции, есть немало людей с большими организаторскими способностями и
3-4 человека с прекрасным знанием русского языка. Основывается своего рода
эмигрантское правительство с одним пунктом программы действия: "Долой
сербско-румынскую мафию!" Еще в дни карантина организуются
"правительственные комиссии" по определенным областям действий.
Премьер-министр - помещик немецкой национальности и румынского подданства,
который владеет семью языками и всеми приемами руководства людьми. Меня -
совсем неопытного в среде профессионалов-политиков оставляют в запасе, т. е.
оперативные планы до меня не доходят. Меня судьба направляет по совсем
другой линии.
Идет десятый или двенадцатый день карантина в лагере "Пыра на торфу".
Валяюсь на нарах, борюсь со скукой. Заходит начальник лагеря - майор. Кто-то
кричит: "Внимание! Смирно!", все неохотно поднимаются, стоят, ожидая
чего-нибудь неприятного. Майор спрашивает: "Кто умеет делать игрушки?"
Опыт немецкого солдата гласит: "Ни в коем случае на такие объявления не
отвечать!" Это потому, что в немецкой армии принято добровольцев направлять
на чистку уборных и другие отнюдь не веселые занятия. У меня за два года
плена накоплен совсем другой опыт, а именно: "Когда русские объявляют нужду
в каких-то специалистах, тогда они им действительно нужны". К тому еще я с
большой охотой дома мастерил всевозможные игрушки из фанеры и прочих
материалов.
Почему не использовать эти навыки и тем самым отделаться от тяжелой
производственной работы на торфу? Большое молчание! Игрушки! За ними, должно
быть, прячется какое-то издевательство.
Мигом решаюсь пойти на риск: "Я умею!", "Ну-ка давайте изготовьте
образцы. Через пару дней вернусь посмотреть результат". Сказал, пошел, а
инструмент откуда, фанеру откуда брать?
Ну что, карманный нож есть - святая вещь, которую протащил по многим
обыскам. Фанера? Потолок землянки обит фанерой, и есть лишний кусок. Краски?
Чернильный карандаш, раствор йода, "бриллиант грюн" пока достаточны. На
второй день представляю начальнику "гимнаста на перекладине", "гимнаста на
брусьях" и функциональную модель пистолета. Реакция офицера совершенно
неожиданная. С веселым выражением лица начинает испытывать мои образцы и
говорит: "Прекрасно, будешь бригадиром игрушечников. Как только кончится
карантин, ты среди дистрофиков подыщешь себе мастеров 10-15, и будете
организовывать серийное производство подобных игрушек". Об инструменте и
материале опять ни одного слова.
Карантин закончен, формируются бригады на торф. При этом наше
"правительство" добивается первого успеха. Бригадирами назначаются немцы, в
то время как сербское "командование" мечтало о том, что немцы должны были
работать под чисто сербским руководством.
Наш "премьер-министр" назначается заместителем старшего лагеря. Так как
румынский язык у него был вторым родным языком и черты национального
характера румын знал наизусть, ему быстро удалось достичь договоренность и с
этой фракцией лагерных властителей, которая работала преимущественно в кухне
и на ее периферии. Сделан большой шаг к изоляции сербской фракции, члены
которой занимают все командные посты вблизи командного состава МВД.
Однажды ночью, спустя два месяца после окончания карантина, за забором
зоны начал подниматься шум. Гул автомашин и два выстрела. В свете прожектора
перед складской землянкой движется толпа людей в форме войск МВД. Затем
машины удаляются и наступает тишина. Информация о том, что же произошло той
ночью, просочилась к нам не скоро. Но на следующий день было очевидно, что
изменился офицерский состав командования и человек 10 - 15 сербов на
грузовике покинули лагерь.
Через год я узнал, что наш "премьер-министр" имел контакты с
вышестоящими органами ГУПВИ (Государственного управления внутренней
инспекции). Ему удалось информировать контрольные органы о запланированной
крупной краже продовольствия и обмундирования, организованной начальством
лагеря в сотрудничестве с сербской верхушкой. Смешанная группа воров попала
в засаду и была удалена черт знает куда. Комиссия контрольного органа, в том
числе группа врачей, посещает лагерь. Определяют категорию каждого пленного,
восстанавливают положенный режим работы по категориям физического состояния,
и изо дня в день заметно улучшается паек. Жизненные условия в лагере
поднимаются до среднего уровня.
В этой всесторонне положительной обстановке начинаю ходить по землянкам
в поисках соратников по производству игрушек. Результат ошеломительный: 1
кузнец, 1 инструментальщик, 3 модельщика, 2 мастера по изготовлению
искусственных цветов из березовых стружек и несколько столяров. Первыми
начинают работать кузнец, инструментальщик и модельщики. В лагере еще до
прихода военнопленных осталась кузница с запасом деревянного угля и
кузнечного инструмента. В считанные сутки создаются инструмент для резки по
дереву, рубанки, разные фасонные губели, одним словом, все, что нужно для
изготовления игрушек. Развивается производство, а продукция полными
корзинами исчезает неизвестно куда. Кто-то из рабочей бригады, которая в д.
Пыра работает по изготовлению кровельной дранки, узнал от русского рабочего,
что наши игрушки продаются на базаре в г. Дзержинск. Ну что ж? Не наше дело,
куда девается наша продукция.
Работаем в крытом помещении, работа интересная, и бывают члены
советского лагерного персонала, которым не совсем легально отпускаем часть
сверхпродукции, и они несут нам подарки в виде хлеба, молока, махорки,
газеточки и прочих продуктов, которыми нас немного балуют.
Война кончилась, слова "скоро домой" летят к нам со всех сторон. В
составе нового командования лагеря значительный процент
фронтовиков-инвалидов, которые к нам, пленным, относятся по-иному, нежели
прежнее командование войск МВД. Читатель, быть может, понимает, что мне
хотелось оставаться заведующим производства игрушек вплоть до возвращения
домой.
Производственные показатели игрушечников все растут, письменные отчеты,
которые составляю с педантичностью бухгалтера, приводят в восхищение нового
начальника лагеря. Оказалось, что быть отличником не всегда выгодно для
самого отличника.
Прибыл новый транспорт с немецкими военнопленными из самой Германии.
"НОВЫЕ" без всякого опыта, как нам казалось, последняя надежда немецкого
командования. Люди, совсем не привыкшие к физическому труду и нередко
неспособные из-за физических недостатков. В зоне построили большую палатку с
нарами на 120 человек, и начальнику лагеря потребовался укротитель для
приведения в порядок этого цирка. Как он остановился на мне, знает только
Бог. Скорее, подсказал ему это черт. Пришлось покинуть отдельную постель в
помещении производства игрушек и располагаться в проветриваемой палатке
среди толпы бушующих "НОВЫХ".
Когда-то, еще в летной школе, я руководил группой из 15 человек,
старшим обслуги возился с дисциплинированным составом не более 30 человек, а
теперь 120 депрессивных или сумасшедших "НОВЫХ", которые пока еще имели
смутное представление о том, что такое дисциплина в учреждениях архипелага
ГУЛАГ. Задание непривычное, неприятное, и как мне показалось, сверх моих
сил. Я же не знал, что проникнуть в такую бесструктурную массу одному
совершенно невозможно. Со временем до меня дошло, что отдельным особам надо
предоставлять хоть скудные привилегии, которые за эту цену, в свою очередь,
будут готовы служить в качестве овчарок. В конце концов я этого достиг, и
число упреков, сыпавшихся на мою невинную голову, постепенно уменьшилось. В
один прекрасный день у меня состоялась почти дружеская беседа с начальником
лагеря (который по возрасту годился мне в отцы), и я отважился спросить, по
каким причинам на роль командира роты он назначил именно меня. Ответ был
прост: "По по-русски говоришь и пишешь, умеешь учиться". Вот и все.
Работа на торфу была очень тяжелая, тяжелее всего на перекладке
рельсовых путей гидромониторов. Широта колеи этих путей около 3 метров,
длина шпал не менее 4 метров, длина одной секции 6-7 метров, т. е. туда
входит не менее 10 шпал. С ходом разработки торфа рельсы гидромонитора
должны соответственно отступать. Рельсовые секции указанных размеров вручную
поднять и перетаскать на расстояние около 5 метров - не шутка, особенно
когда путь пересекает болото. При поднятии секции работяги иногда стоят в
воде по пояс. Шпалы словно засосаны в илистом грунте, и, чтобы оторвать их,
требуются усилия вдвое превышающие вес самой секции. Требуется бригада
здоровых мужчин численностью до 30 человек. Страдают люди не только от
тяжести работы, но также и от агрессивности болотистых вод. У многих есть
открытые язвы.
Немного легче работать на полях, где торф сушат. Торфяное сырье
поступает по трубопроводу на поле, где вода сливается и испаряется. Слой
влажного торфа разрезают специальными гусеницами на кирпичи, тем самым
подготавливая себе очередную порцию тяжелого физического труда - поднять и
крест - накрест уложить кирпичи, весь которых из-за значительного
влагосодержания довольно высок. Весь восьмичасовой день стоять с согнутой
спиной, поднимая и передвигая десятикилограммовые кирпичи - настоящая
каторга. При этом нужно учесть, что под летним солнцем, без какой-нибудь
тени, на поверхности поля - 40-50 градусов жары.
Легче всего погрузка сухого торфяного кирпича в узкоколейные вагоны, на
которых горючее катится к балахнинской ТЭЦ. На всех участках я по
собственному желанию работал несколько смен, и не раз мои мысли возвращались
к южской предсказательнице. Видя несчастье товарищей, я по праву мог считать
себя счастливцем.
Прошло лето 1945 года, в моем цирке стало прохладно, а о возвращении
домой не следовало и думать. Зимовать в палатке - невозможно. Что же будет?
В конце сентября получаем спасательный приказ: взять вещи, собраться
по-походному и всему лагерю по-ротно построиться у проходной. Личное
имущество военнопленного - не вес. Ложка, складной ножик, бумажник с
фотографиями семьи и походный котелок. Все. Остальное считается нелегальным
и может быть изъято во время ежемесячного обыска. Но за последнее время в
Пыре обыски не проводили, и результат - за плечами - не чахоточный рюкзак, а
туго набитые кули. Откуда пленный берет столько барахла? А черт его знает.
Куда нас поведут, знает опять только командование. Далеко ли? Пешком или на
транспорте? Об этом никому ни слова. Должно быть - в отапливаемое здание.



В 4х километрах от поселка Пыра, возле пырских торфоразработок в лесу установлен мемориал-памятник венгерским военнопленным.
которые работали на торфоразработках в 1944-46гг.











Летом 2007 памятник подвергался разрушению вандалами- нацианалистами, в настоящее время восстановлен.

К СОЖАЛЕНИЮ ПОГИБШИМ НЕМЕЦКИМ ВОЕННОПЛЕННЫМ ПАМЯТНИКОВ И ПАМЯТНЫХ ПЛИТ В ЭТОМ ЛЕСУ НЕТ.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игорь
ст.сержант
ст.сержант

   

Зарегистрирован: 05.09.2011
Сообщения: 764
Откуда: Дзержинск

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 21, 2018 22:45     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Текст книги онлайн без скачиваний и загрузок.

http://lib.ru/INPROZ/FRITZSCHE/6let.txt
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Siegfried
ефрейтор
ефрейтор

   

Зарегистрирован: 04.01.2012
Сообщения: 378
Откуда: Дзержинск

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 21, 2018 22:52     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Игорь, спасибо!
Прочитал с большим интересом.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Игорь
ст.сержант
ст.сержант

   

Зарегистрирован: 05.09.2011
Сообщения: 764
Откуда: Дзержинск

СообщениеДобавлено: Ср Ноя 21, 2018 23:02     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

НЕМЦЫ В ГОРОДЕ ХИМИКОВ.

О пленных немцах в СССР долгое время пресса умалчивала. Писать о них считалось плохим тоном. А ведь немцы, и не только пленные, жили и работали с дзержинцами совсем рядом.

Война давно кончилась, а физические страдания раненных солдат, душевная боль даже невоевавших людей не проходили. Ненависть к немцам глубоко запала в сердца людей, испытавших тяготы военного времени, в том числе и в души ребят школьного возраста. Поэтому отношение детей к пленным было скверное. В каждом фрице видели фашистского изверга, ненавидели за их злодеяния. Помню, пленные немцы работали в парке на строительстве драмтеатра. Зачем-то я поднял валявшуюся там лопату, а черенок ее тут же переломился. Надломленный, видимо, уже был. Сначала испугался своей шалости, но вскоре стал гордиться «подвигом» и рассказывал, как я у немца лопату сломал.
Играя «в войну», никто из мальчишек не хотел быть «фрицем», их выбирали по жребию. Все знали не только «хенде хох», но и другие немецкие фразы. Долгое время из иностранных языков в школах главным образом изучался немецкий. Никто из ребят никогда немцев не видел, но все представляли их страшными и злыми. Каким же огромным было удивление, когда наконец все воочию увидели живых немцев.

В Дзержинске пленные появились еще во время войны. Особенно много их стало, когда наши на фронте пошли в наступление. Немцы работали на стройках, на торфоразработках в районе Пыры, на химпредприятиях. Поблизости с работой – в спецпоселениях – и содержались. Когда же правительством было решено на «Заводстрое» освоить выпуск перспективного синтетического продукта – капролактама, немцы появились и в черте города.

Ведь именно в Германии была разработана ­технологическая схема синтеза капролактама, в 1943 году там было пущено и промышленное производство этого продукта. На основе капролактама производили искусственную щетину, парашютный шелк, корд для авиационных шин, буксировочные тросы и т.д. У нас же все это производилось из натурального сырья, поэтому в качестве репараций из поверженной Германии было демонтировано и вывезено оборудование по производству этого ценного вещества. Для более быстрого монтажа в конце 1946 года из Германии в Дзержинск в «добровольно-принудительном» порядке доставили и технических специалистов, работавших на выпуске капролактама, вместе с женами и детьми, несколько десятков человек.

Многих из них поселили рядом с «Заводстроем» в гостинице на улице Менделеева, а некоторые семьи – в оборудованные под жилье подвалы домов 11, 11а 14а по проспекту Кагановича. Проходя вечером возле этих домов, мальчишки непременно заглядывали в незашторенные окна. Любопытно было увидеть немцев в домашней обстановке. Но подробности быта в подвальное окно не увидишь, лишь скромную мебель да мелькание фигур. Однако все равно всегда смотрели.

Случалось встретить немецкую семью и на улице. Никакими страшными они вовсе и не были, ничем не отличались от большинства дзержинцев. Только всегда бросалась в глаза их опрятная одежда. Выделял немцев лишь чужой нам язык. Разговаривали они обычно тихо, бросая друг другу короткие четкие фразы. Немецкие дети лет 8-10, а то и старше, на улицу без родителей не выходили. В школу их всегда провожала «ди мутер». И даже если они молчали, все понимали, что это идет немецкая семейка. Ведь их школьники всегда ходили с ранцами, а не с сумками какими-нибудь, как многие наши ученики. И, конечно же, они не носили пионерских галстуков. Первое время все немцы в школу ходили на Кольцевую улицу. Вскоре после приезда в Дзержинск немецкие специалисты обратились в горисполком с просьбой организовать обучение их детей. И поскольку немецкие дети русского языка не знали, для них при средней женской школе №20 на лето 1947 года открылись подготовительные классы. Занятия с немецкими детьми вели три преподавателя, а заведовать подготовительными классами назначили учительницу немецкого языка двадцатой школы А.А. Чернышову. После летней учебы, в сентябре, всех немецких учеников распределили по городским школам.

У наших ребят отношение к ним было явно пренебрежительное, но не агрессивное. Немцев просто-напросто не замечали. Но и они не спешили найти себе друзей среди русских детей, записаться в спортивную секцию или какой-то предметный кружок. Немецким младшим школьникам занятия в русских школах давались совсем нелегко. Учителя ежедневно беседовали с их матерями, давали дополнительные задания на дом. Молодые немцы и говорили-то по-русски еле-еле, а потому с нашими ребятами не общались, кучковались всегда со своими. Да русский язык, как говорили, им был и не нужен. Сильнее нажимали на арифметику, чем на чистописание.

Совсем иными были немецкие старшеклассники. Например, в школе №5 училось несколько немецких девятиклассников, в том числе сын доктора наук со строящегося производства. Учились они хорошо. Вот что вспоминает Ю.И. Комендровский: «Однажды у нас в девятом классе на уроке русского языка был контрольный диктант. На «отлично» его написали только немцы. Без дела они никогда не сидели. Как говорится, дурака не валяли. Кроме учебы, увлекались спортом и музыкой. Одевались поярче наших парней. Мы-то ходили в брюках, а они в штанах чуть ниже колен, наподобие современных бриджей, только внизу на пуговицах. В школу всегда брали бутерброды, да не по одному. Один из немцев отличался просто волчьим аппетитом, съедал до десятка бутербродов. Такая прожорливость сильно раздражала наших ребят. Ведь у некоторых, кроме сухаря, в кармане ничего больше не было. Решили проучить обжору. В перемену незаметно насморкали на его бутерброд, а затем под хохот наблюдали, как, не догадываясь ни о чем, немец уплетал свои запасы.

Помню еще один не очень красивый случай. Один из наших учеников часто подтрунивал над немцами. Обернется к ним, положит локоть на их парту и спрашивает, как в Германии с девчонками знакомятся или еще что-нибудь эдакое. Тем, видимо, его постоянное «внимание» к ним надоело, и они решили отвадить сидящего впереди русского парня. В выемку для ручек на парте налили чернил и сидят, как ни в чем не бывало. Наш парень повернулся к ним, положил, как всегда, руку на их парту и вымазал свою единственную куртку в чернилах. Стерпеть такое было невозможно. Он ударил немца кулаком, до крови разбив лицо. Немец стремглав выбежал из класса. Все думали, что побежал жаловаться к директору. Но нет. Смыв в туалете с лица кровь, потерпевший, словно ничего не случилось, занял свое место за партой. Больше никаких конфликтов между русскими и немецкими ребятами не случалось. Некоторых из них в русские семьи даже на новогоднюю елку приглашали. А когда производство капролактама было построено, и немцы возвратились в Германию, один наш ученик еще долго переписывался с другом-иностранцем».

Строительство продвигалось не так быстро, как всем хотелось. Историческую фразу Молотова о том, что ни один немецкий пленный не вернется на родину, пока не будет восстановлен Сталинград, знали, конечно же, все, поэтому немецким специалистам было не до ностальгии. Их главной заботой надолго стала подготовка к монтажу доставленного из г. Биттерфельда технологического оборудования.

Вместе с тем отдельные иностранцы оказались весьма предприимчивыми людьми. В условиях, когда в СССР строго преследовалось хищение соцсобственности, немцы организовали «бизнес» из заводского сырья. На базе трофейного оборудования, где на его разгрузке и комплектовании работали немецкие пленные, была аппаратура с серебряными и хромово-никелевыми трубами и крепежом. Из этого материала немцы и наладили нелегальное производство различных украшений. Чтобы «дело» не сорвалось, смогли договориться с охраной. Через нее и сбывали готовые изделия горожанам.

Блестящие белые кольца из нержавеющих гаек носили тогда многие жительницы Дзержинска, как и обувь с необычной кожаной подошвой. Среди трофейного оборудования оказались трансмиссионные ремни из натуральной кожи. Из нее-то и было налажено изготовление обувных подошв. Но в этом «деле» у немцев быстро нашлись конкуренты – наши умельцы, кожу которым поставляла охрана. Все делалось ради лишнего куска хлеба, в том числе и забавные детские деревянные игрушки. Немцы быстро наладили их изготовление, когда узнали об их дефиците. Занимались этим в свободное от работы время. Деревянные акробаты на веревочках и другие игрушки, изготовленные пленными, продавались даже на городском рынке.

Время было очень голодное. Корка хлеба и вареная картофелина для многих наших рабочих были деликатесом. Лишь работавшие в цехах могли более или менее сытно поесть. Пленных немцев голодом не морили. Осужденные русские испытывали голод гораздо сильнее. «Гражданское население, с которым приходилось сталкиваться, голодало,– писал в своих воспоминаниях о работе на «Заводстрое» пленный К. Фритцше.– Лучше было положение на производстве тяжелой химии. Там людям давали обед, который от еды пленных почти не отличался. Зима, холодно. На перекур русские и немцы собираются вместе, греются у железной печки.

Русские из карманов вытаскивают картофелины, режут на ломтики и кладут их прямо на плиту печи. И обязательно угощают пленных. Значит, мы питаемся на одном уровне. А вот работающие рядом с нами русские заключенные питаются еще хуже нас». Это было действительно так. Ведь суточный паек военнопленных составлял 400 г хлеба (с 1943 г. 600-700 г), 100 г рыбы, 100 г крупы, 500 г овощей и картофеля, 20 г сахара, 30 г соли. За перевыполнение плана полагалась надбавка. О таком рационе многие наши тогда даже не мечтали.
С 1948 года некоторые пленные стали возвращаться в Германию. Но процесс репатриации затянулся до 1955 года. До начала 50?х оставались отдельные немецкие специалисты и в Дзержинске наблюдать за производством. Цеха возводили и вели монтаж оборудования наши рабочие. Дело было очень сложное и ответственное. Строительство курировал сам Берия. Благодаря усилиям дзержинских рабочих и инженеров к 1 мая 1949 года страна получила первый капролактам, а 1 января 1953 года была достигнута проектная мощность. Без участия немецких военнопленных и специалистов освоение выпуска капролактама наверняка бы затянулось.



Автор: Вячеслав Сафронов,
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Андре
Администрация

   

Зарегистрирован: 06.09.2011
Сообщения: 9281
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 22, 2018 20:42     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Почитал с удовольствием.Очень интересно.Еще бы как в Горьком жили немцы узнать,то же что ли темку создать.))
_________________
Нас и так слишком мало,чтоб между собой ругаться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Красноармеец
мл.сержант
мл.сержант

   

Зарегистрирован: 18.10.2012
Сообщения: 491

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 22, 2018 21:17     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

В книге "Окопная правда вермахта" А. Драбкина, есть воспоминания немца (Эрд Зигфрид) , который будучи в плену работал на стройке ДК. им. Свердлова и на восстановлении Автозаводской ТЭЦ.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Андре
Администрация

   

Зарегистрирован: 06.09.2011
Сообщения: 9281
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Чт Ноя 22, 2018 21:56     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Да в интернете много чего есть,по пребыванию и строительству немцами в Горьком,например как 35 и 43 кварталы на Автозаводе строили,даже в парке Автозаводском структуру создавали.Например туалет что недалеко от зенитки немцы строили и люди шутили что выглядит как бункер,все делали основательно,кстати до сих пор стоит,правда закрытый.)
_________________
Нас и так слишком мало,чтоб между собой ругаться.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Герман
ст.сержант
ст.сержант

   

Зарегистрирован: 06.01.2017
Сообщения: 607
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 23, 2018 11:35     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

У меня есть, но к сожалению не электронка а печатные издания. Например о Ассе с Позывным Карайя 1. Результативный Летчик был на Bf-109, так как занимался свободной охотой... Как его искало НКВД, по лагерям, По доносам и внешнему виду, Даже вызвав на допрос однажды, говорит один офицер....Ну вот видишь , это не он? Цвет волос другой, и маленький ростом..... ). А спросить прямо ума не хватило.))---Ты, тот знаменитый Ас? Потом уже узнав его, прессовали, по карцерам, В г. Дектярск он был одно время на Урале... Но , ВЯЗАНЫМ он как этот выше немец, не стал, и повязку КАПО не одел, Антифа Активистом он не стал. За что ему респект и уважение.
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Герман
ст.сержант
ст.сержант

   

Зарегистрирован: 06.01.2017
Сообщения: 607
Откуда: Нижний Новгород

СообщениеДобавлено: Пт Ноя 23, 2018 11:53     Заголовок сообщения: Ответить с цитатой

Они не только работали, но и новшества разрабатывали, Например из дивизий СС, Есть статья -СТРОИТЕЛИ ИЗ ДИВИЗИИ СС- внедряли в процесс производства и патентовали разные примочки например штамповку гаек на горячую .... бабы, под проволоку к ним лазили всю войну тр...., это известный факт, лагерь был в поселке первомака рядом с г. Первоуральск. Пом коменданта лагеря был гаптштурм... , В итоге (все старожилы знают эту историю и снят док фильм с участниками тех событий) он с женой коменданта, наставляли ему , любовь у них была. В итоге он ее убил с ее согласия ножом, себя есстно)) ранил, Very Happy Как сказал в фильме один из офицеров лагеря, ныне пенсионер, ....Оннн, эсээсовец был, им и остался...он не хотел себя убивать. Он знал что их скоро отпустят уже 53 год шел....
Вернуться к началу
Посмотреть профиль Отправить личное сообщение
Показать сообщения:   
Начать новую тему   Ответить на тему    Список форумов НОВИК -> разговоры обо всем Часовой пояс: GMT + 3
Страница 1 из 1

 
Перейти:  
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах



Powered by phpBB © 2001, 2005 phpBB Group
subGreen style by ktauber
Вы можете бесплатно создать форум на MyBB2.ru, RSS